Книга После моей смерти началась месть, страница 81 – Марина Исайр

Сам Лютый выбрал другую дорогу.

Он не собирался участвовать в охоте на Каэля Ардена.

Если засада окажется успешной, помощь с его стороны уже не понадобится. Если же что-то пойдёт не так, кто-то должен был встретить леди Вейр у северного дома и не позволить ей переступить порог.

Именно для этого их и наняли.

Когда Лютый соглашался на этот заказ, он прекрасно понимал, что лёгкой прогулки не получится. За подобные деньги не поручают простую работу, а имя Каэля Ардена и без того было известно каждому, кто хоть раз сталкивался с магами. Он ожидал сопротивления. Был готов к тому, что придётся столкнуться с заклинаниями, которых прежде не видел, потерять людей и самому не раз оказаться на волосок от смерти.

Но о том, что ещё до встречи с противником придётся бороться с самой дорогой, не предупредил никто.

Первые несколько часов путь ничем не отличался от десятков других переходов, которые Лютый совершал за свою жизнь. Старая переправа действительно существовала, хотя выглядела так, будто по ней не ступала нога человека уже не одно десятилетие. Доски местами ушли под воду, каменные насыпи поросли высокой травой, а сама тропа почти растворилась среди зарослей. Однако карты не солгали. Перебравшись через низину, отряд вышел к северной дороге именно там, где и рассчитывал Лютый, а значит, пока всё складывалось в их пользу.

Он даже позволил себе мысленно отметить, что слухи о непроходимых владениях Вейров, скорее всего, были сильно преувеличены. Такое случалось нередко. Люди охотно придумывали легенды о местах, куда сами никогда не ходили, а спустя несколько поколений уже никто не мог отличить правду от вымысла. За годы работы Лютый успел услышать истории о проклятых лесах, говорящих болотах и горах, которые якобы сводили путников с ума. Почти всегда за ними скрывались обычные вещи: опасный перевал, болотный газ, хищники или разбойники. Именно поэтому он никогда не доверял страшным сказкам, пока не видел всё собственными глазами.

Первые сомнения появились лишь тогда, когда начали беспокоиться лошади.

Сначала одна из них неожиданно сбилась с шага и резко мотнула головой, словно что-то напугало её прямо перед мордой. Всадник едва удержался в седле, тихо выругался и поспешил успокоить животное, но спустя несколько минут почти так же повела себя другая лошадь, а затем третья. Лютый поднял руку, приказывая остановиться. Люди привычно спешились, проверили подпруги, осмотрели копыта, ощупали ноги животных. Всё оказалось в полном порядке. Ни ран, ни застрявших камней, ни следов усталости после вчерашнего перехода.

— Может, зверь рядом? — негромко предположил один из наёмников, оглядывая густой ельник.

Лютый тоже посмотрел по сторонам, но лес встретил его непривычной неподвижностью. Не было ни птичьего щебета, ни шороха мелких зверей в кустах, ни даже обычного гула насекомых, который всегда сопровождает летнее утро. Казалось, сама чаща затаила дыхание, наблюдая за людьми из-за переплетения ветвей. Это ощущение было настолько странным, что он невольно задержал взгляд на тёмной стене деревьев чуть дольше, чем собирался, однако уже через мгновение заставил себя отвернуться.

— Продолжаем, — спокойно сказал он, запрыгивая обратно в седло. — До рассвета хотелось бы пройти как можно дальше.