Книга После моей смерти началась месть, страница 112 – Марина Исайр

Исолда замерла.

В другой день подобные слова могли бы показаться жестокостью обиженного сына, но сегодня перед ней лежали списки будущих назначений, подготовленный указ и большая печать, которую едва не отняли у Эдмара за несколько минут до нашего появления. Спорить с очевидным становилось всё труднее.

Грейвс поднялся, разложил на столе ещё несколько документов и заговорил без торжества, словно продолжал обычное разбирательство, а не разрушал заговор, почти завершившийся сменой династии.

— Показания герцога Морвена подтверждают уже установленную цепочку. В записях покойного главы дома Вейр отмечен интерес герцогини к внешнему ключу и спящим условиям Тернового договора. Граф Рован Элсмер назвал её имя во время допроса до того, как кто-либо из присутствующих упомянул Морвенов. Его управляющий Берн дал сведения о платежах через «Морн и сыновья», закупках составов, ослабляющих родовую магию, и людях, проникших в дом Вейров через служебный ход. Доктор Орвин Раль подтвердил назначение этих составов и подвергся нападению в ту же ночь. Один из нападавших погиб от яда, другой носил печать молчания, связанную с серым воском.

— Но их тут нет, — возразила Исолда. — Они могут обвинять кого угодно ради собственной свободы.

— Именно поэтому к их словам прилагаются счета, письма, банковские корешки, записи покойного лорда Вейра, признание Финна и показания Селесты Элсмер, — продолжил Грейвс. — По отдельности каждый документ можно попытаться объяснить. Вместе они показывают многолетний доступ к архивам Вейров, похищение внешнего ключа, покупку запрещённых составов, подготовку незаконной опеки над наследницей и попытку уничтожить свидетеля после обнаружения договора. Теперь к ним добавлены признание Вашего сына, карта двух отрядов и нападение с оружием, предназначенным для подавления магии командующего королевской гвардии.

— Вы по-прежнему не доказали, что я отдавала приказ убить лекаря или войти в дом Вейров.

— Нет, — согласился Грейвс. — Эти обвинения потребуют отдельного рассмотрения вместе с делом Рована Элсмера. Но для вопроса, который решается сегодня, достаточно уже доказанного: Вы заранее готовили отстранение правящей династии, использовали ложные сведения для раскола армии, отправили сына захватить хранительницу договора и собирались получить королевскую печать до её возвращения.

Король Эдмар медленно поднялся и посмотрел на представителей домов, чьи голоса ещё недавно почти лишили его власти.

— Есть ли среди присутствующих человек, который после услышанного по-прежнему требует завершить голосование об отстранении Алардов?

Никто не ответил. Лорд Таррен смотрел на собственную печать, будто пытался понять, каким образом она оказалась перед ним, затем снял её со стола и спрятал в рукав. Полковник, громче остальных требовавший определить законность армейской присяги, первым опустился на одно колено.

— Я отзываю голос, Ваше Величество, — произнёс он. — И готов отвечать за то, что поддержал решение до предъявления всех доказательств.

Один за другим поднялись и остальные. Некоторые отзывали подписи прямо, другие просили признать их введёнными в заблуждение, третьи утверждали, что никогда не собирались передавать власть Морвенам и лишь хотели защитить королевство от беспорядков. Грейвс записывал каждое объяснение, причём выражение его лица ясно показывало: поверенный не забудет ни одного человека, который пытался превратить трусость в государственную осторожность.