Книга Близнецы из кристалла, страница 77 – Гарриет Манкастер

Виктория-Стич затаила дыхание, а Селестина крепко сжала её ладонь.

— Тебе предоставляется право жить в королевском дворце вместе с Селестиной, когда она будет коронована. Однако покидать его тебе категорически запрещается, – сказал лорд Астрофель. – Ни пешком, ни на летучем цветке. Кроме того, тебе больше никогда не будет позволено владеть волшебной палочкой. И тебе запрещён доступ в Подземелья.

— Навсегда?! – ахнула Виктория-Стич.

— Навсегда, – отрезал лорд Астрофель. – Тебе слишком много известно о запретных чарах из «Книги Висклингов», поэтому тебе запрещено использовать волшебную палочку или свой кристалл в любой иной форме. Это может быть слишком опасно.

Виктория-Стич уже открыла рот, чтобы возразить, но, взглянув на лорда Астрофеля, снова его закрыла.

— Понятно, – хмуро сказала она, помолчав.

Два месяца спустя…

В Висклинг-Вуде год близился к концу. Деревья стояли голые, протягивая окоченевшие ветки к холодному зимнему небу. Селестина и Виктория-Стич сидели в просторной гардеробной Королевского дуба.

— Что-то мне не по себе, – сказала Селестина, глядя на королевскую корону, которую только что доставил мастер Позолот – большую и очень красивую, всю усыпанную бриллиантами и яркими самоцветами. Впереди на ней в морозном зимнем солнце сиял большой звёздный камень – самый настоящий.

— Ты будешь выглядеть роскошно, – сказала Виктория-Стич, с завистью поглядывая на корону. Бодрость в её голосе казалась немного искусственной. Последнее время она постоянно наблюдала, как Селестину готовят стать королевой – правда, кроме тех дней, когда та пропадала вместе с лордом Астрофелем, посещая разные округи Висклинг-Вуда. В такие дни Виктория-Стич продолжала сидеть во дворце, откуда ей не позволялось сделать ни шагу. Порой она с тоской смотрела в окно на свой старый дворец – вернее, на то, что от него осталось: трухлявый ствол старого дерева почти обрушили, островерхие готически башенки снесли, а всю внутреннюю обстановку вернули туда, откуда она была взята. А ещё она видела, как висклинги всё охотнее видят в её сестре свою будущую правительницу. Впрочем, она и не сомневалась, что все её полюбят.

— Я уверена, что к тебе они тоже скоро станут относиться гораздо лучше, – сказала как-то Селестина, но Виктория-Стич понимала, что та и сама не очень-то в это верит. Хотя всем теперь было известно, что Виктория-Стич не виновата в смерти королевы, особого доверия к ней всё равно не было. В газетах промелькнула пара статей – сочинённых, как подозревала Виктория-Стич, самим лордом Астрофелем, – про то, что она и есть чёрное пятно на алмазе, а это плохое предзнаменование. А Селестина родилась чистой – безупречным алмазным ребёнком. И именно ей предназначалось стать новой королевой.

Сама же Виктория-Стич знала, что это не совсем правда. Да, может, она и плохая, но и в Селестине иногда проступало немножко черноты…

Разумеется, всегда находились висклинги, несогласные с тем, что престол могут занимать только дети, рождённые из алмазов, однако после всего, что произошло, большинство хотели только спокойствия – чтобы всё шло своим чередом. Бывшие сторонники Вишнецветки лишились всякого влияния и разбрелись, когда стало известно, что их предводительница оказалась убийцей.