Книга Любовь Владыки. Курортный роман с последствиями, страница 59 – Ева Кофей, Хель Сорго

Кот выбегает будто бы из воды и едва не сшибает Рому с ног.

— Чёрт! Нет, ты видела? А мы его спасать собирались.

Люба не видела, но смеётся.

— Вот и отлично!

* * *

Так как Романа пыталось всосать в себя море, возможно, не просто так, а из-за неё, Люба чувствует ответственность и соглашается на то, чтобы согреться вместе.

Возле отеля есть очень приятное место с закрытой террасой на случай непогоды. Застеклённой, но с возможностью открывать нараспашку все окна. Снаружи работают электрические ловушки для насекомых. Внутри трещит пламя в огромном кирпичном камине. Деревянные столики, кресла, несколько гамаков… Приятная, тихая музыка без слов, уютно.

Люба сидит в гамаке и дует на чай с молоком, грея пальцы о большущую кружку.

Роман мнётся рядом, решая, не слишком ли интимным будет устроиться рядом, так близко к ней. Но… он раздобыл плед, поэтому всё оправдано! И Рома устраивается с Любой, укрывая и её, и себя, как можно плотнее, прижимаясь к ней горячим боком и улыбаясь слегка смущённо.

— Романтика, — тянет он вдруг, сам не ожидая, как глупо и странно это прозвучит.

— Да сколько ж можно, Ром! — тянет она уже лениво.

Боже, а ведь была бы она уступчивой, а не упрямой, уже давно была бы замужем, просто потому что с этими мужиками в какой-то момент становится не с руки спорить.

Проще плюнуть да согласиться.

Но это путь не для ни рыбы ни мясо!

— Ладно-ладно, — отмахивается он, извини. — Приятно здесь, — оглядывается Рома так, словно это помещение его, и он этим горд, — хорошо… Ну, ты уже решила?

— Решила что?

— Будем ли общаться.

— А зачем тебе просто общение? У тебя ж друг есть, с которым ты на девушек споришь.

— А почему нет? Говорю же, ты интересна мне. Что я тебя, настолько мучаю, что и дружить нельзя?

— Да дело в том, — отпивает она чай и валится в гамак, совершенно прекрасно чувствуя себя в его футболке, — что вы все говорите одно, а на уме всегда совсем другое. Вроде сидим, нормально, фильм смотрим и тут — бац, рука смещается куда-то не туда. А ведь хорошими друзьями были, обычно вздыхаю я, чего начинается-то?

— Ну… может, со мной не так будет? Может ты захочешь наоборот? Или я не захочу и будем дружить, — спрашивает он будто осторожно, хотя сам, похоже, слышит уже, как оно прозвучало.

Словно другого варианта и быть не может, кроме того, что он ей понравится! Ну, или что она ему — нет.

Роман закусывает губу от досады.

— Я не имею в виду ничего плохого, если что.

Ну, всё ясно, он идиот. Но, вроде, безобидный идиот. А у неё отпуск, свобода от душноватого и нарциссичного Максима, можно расслабиться и…

Люба, даже не открывая глаза, потому что смысла в этом мало, ведёт узкой ладошкой по его горячему торсу.

И Роман замирает, как если бы боялся её спугнуть.

И тут же при этом рискует:

— Что, будем… общаться?

— Боже… — она закатывает глаза под веками и убирает руку, — это по-твоему общаться?

— Да нет, нет! — он ловит её за руку и возвращает ладонь на свой торс. — Это я так, просто ляпнул.

Люба смеётся.

— Нет. Ничего не будет. Точно. Потом ещё будешь бегать за мной и думать, что мы теперь встречаться обязаны. Никакого удовольствия.

— Ты не похожа на ту, которая хотела бы иначе!

— В каком смысле? — она садится и зевает.

— Ты… не испорченная, сразу видно. Ты тут же должна была подумать, что теперь мы вместе и навсегда, и очень бы расстроилась, если я так не думал.