Книга Любовь Владыки. Курортный роман с последствиями, страница 23 – Ева Кофей, Хель Сорго

Обещает принести за пять минут.

Было бы хорошо…

Нет, всё-таки зря она ушла. Теперь вряд ли появится аппетит. Мысли, что русал мучается, вряд ли могут раззадорить. Лучше будет забрать всё и вернуться в номер.

* * *

Рома снова замечает её. Пусть в последние дни он и думает чаще всего именно о ней, но не настолько же, чтобы повсюду искать её взглядом. Но вот, он проходит мимо, а она здесь!

Планы на вечер, видимо, нужно перенести на «сейчас»…

А, собственно, чего ждать?

Или?

Он останавливается у дверей. Минута на раздумья.

Ему хотелось, чтобы Люба удивилась и думала о нём засыпая.

С другой стороны, возможно лучше, приличнее как-то, будет всё провернуть теперь…

Подумав об этом, он торопится к себе в номер, а оттуда, слегка запыхавшись, но скрывая это, идёт к Любе. Она как раз, похоже, собирается куда-то уходить, получив свой заказ.

— Привет, — дарит он ей одну из своих лучших улыбок и взглядов. — Есть минутка? Мышка.

— Подожди! — едва ли не шипит Люба на него и обращается к официанту. — Почему это я не могу позавтракать в номере?

— Такие правила. У нас здесь прекрасная терраса с видом на море.

Официант улыбается и уходит.

А Люба вздыхает.

Придётся давиться здесь или уходить.

Значит, вчера от Саши… тьфу, Вовы, было послабление.

Анита вряд ли насколько к ней расположена.

И немудрено.

— Чего тебе? — возвращается Люба за стол и поднимает голубые, чистые глаза на Романа.

— Пришёл доказать, что я назвал тебя в тот раз чем-то милым, — присаживается он рядом с ней. — Готова?

— В тот раз? — пронзает Люба вилкой яйцо. — Только в тот раз?

— Не только, но тот раз я могу оправдать, — и он выставляет перед ней сомкнутые лодочкой ладони. — Ну так как, готова?

— Ладно, — тянет она, спешно отпивая кофе.

Как же это всё не вовремя.

И Рома размыкает ладони. В них оказывается маленькая, золотистая мышь с большими розовыми ушами, что просвечиваются на свету.

— Вот, мышка, — радуется Роман так, будто сам её впервые увидел. — Похожа ведь? Волосы у тебя такого же цвета. И ты миленькая. И маленькая… Она твоя.

Люба умиляется, на мгновение теплота уступает место тревоги в сердце.

— Где только её достал? — касается золотистой шёрстки мизинцем. — Миленькая.

— Все магазины в округе объехал, — отвечает он, однако в голосе нет ни упрёка, ни гордости. — Помнил, что видел однажды такую, хотел найти. Если бы не нашёл здесь, заказал бы. Я и клетку купил, и корм, всё, что надо. У тебя ведь, — начинает беспокоиться, — нет аллергии? — и добавляет, будто оно могло бы решить проблему: — Это девочка.

— А если бы была не девочка? — усмехается Люба, глядя ему в глаза.

— Ну… — чешет затылок. — Я искал именно девочку. Как назовёшь?

Люба запихивает в себя остатки яичницы и жуёт, сверля его жёстким взглядом, который с каждым мгновением далеко не мягчает.

— Ну… могу помочь, — пытается понять он причину перемены настроения. — Микки? Типа, как в мультике. Или Гайка. Больше похожа на Гайку, — крутит он мышку в руке рассматривая.

Она прихлёбывает сразу полчашки кофе и только затем говорит.

— Вот вроде взрослый мужик, а не знаешь, что животные не игрушки? Их нельзя никому дарить.

— Почему? — искренне недоумевает он и замирает так, что мышь едва не сбегает. — Ох ты ж, — ловит он её за хвост и переспрашивает: — Почему? Понимаю ещё, детям надо осторожнее питомцев подбирать. А в нашем случае что такого?