Книга Реакционный манифест. Поваренная книга имперца, страница 81 – Ярвин Кёртис

Как будто чтобы подорвать название доклада REMHI «Гватемала: никогда больше», епископ, координировавший его работу, Хуан Херарди, был жестоко убит через два дня после публикации доклада в 1998 году. «Как печально показала его смерть, память – это опасный политический инструмент в Гватемале; это жестокое убийство было также символическим – попыткой уничтожить саму возможность возвращения к прошлым истинам».

Задолго до комиссий по правде, в 1992 году, был сформирован Фонд судебной антропологии Гватемалы для обнаружения и идентификации жертв массовых убийств. В 2004 году фонд расширил свою деятельность, присоединившись к таким организациям, как GAM и FAMDEGUA, в их поисках пропавших без вести. Вместе они вскрыли тайные братские могилы на военных объектах и в деревнях, по крупицам восстанавливая записи о погибших и пропавших без вести.

Антрополог, сопровождавший этот процесс, объяснил, что «эти тайные кладбища были скрыты в том смысле, что о них умалчивали, но выжившие, свидетели и большинство членов общин знают, где находятся эти могилы. Таким образом, они действительно являются тайными только в официальном отрицании их существования и в молчании, навязанном общинам». Цель эксгумации – создать «общественное пространство для локального исцеления и место для реконструкции более широких социальных отношений. Пространство для физической эксгумации костей и артефактов, а также для раскопок индивидуальной и коллективной памяти». Эксгумации составляют «процесс раскопок памяти и возвращения общественного пространства». Но проблема безнаказанности оставалась.

В 2007 году ООН и правительство Гватемалы сформировали Международную комиссию против безнаказанности в Гватемале. Особенно после назначения Клаудии Пас-и-Пас генеральным прокурором, комиссия смогла укрепить судебную независимость и позволила привлечь к ответственности нескольких высокопоставленных чиновников. Работа этих организаций и учреждений, а также давление со стороны международных судебных органов помогли добиться первых обвинительных приговоров в Гватемале. В 2013 году сам бывший президент Риос Монтт был признан виновным в геноциде за свою кампанию против деревень Иксильского треугольника, хотя вынесение приговора было отложено, и он умер, так и не отбыв срок за свои преступления. В 2016 году четырнадцать бывших военных офицеров были арестованы в связи с братской могилой, обнаруженной на одной военной базе. Это дело и другие продолжают свой путь через суды.

Однако в конце 2019 года комиссия была распущена, что нанесло удар тем, кто добивается справедливости. Тем временем был предложен новый законопроект о расширении амнистии на все преступления, совершенные во время войны, включая преступления против человечности, которые были явно оставлены открытыми для судебного преследования.

Сложности

Приветствуя мужественную работу участников проектов комиссий по правде, некоторые ученые, изучавшие этот процесс в Гватемале, обнаружили, что он часто не приносил обещанного исцеления. «Раскрытие истории и возвращение прошлого, – объяснил один исследователь, – это неоднозначный процесс, который часто может иметь последствия скорее дестабилизирующие, чем объединяющие».

Поскольку большая часть политической и социальной структуры общества осталась неизменной, а большинство виновных не могли быть наказаны, одна лишь документация зверств не обязательно означала подлинное осуждение. Правительство Гватемалы отмахнулось от большинства рекомендаций комиссии, и они были дополнительно отвергнуты на референдуме 1999 года. Поскольку институты и лица, ответственные за геноцид, все еще оставались у власти, «во многих горных районах люди остаются слишком запуганными», чтобы выступить публично. Достаточно ли памяти, задавались вопросом исследователи, если преступники остаются у власти, а структуры страха и угнетения остаются прочными?