Онлайн книга «Реакционный манифест. Поваренная книга имперца»
|
Международное усыновление Хотя это обычно не рассматривается как «миграция», международное усыновление было еще одним способом, которым центральноамериканцы попадали в Соединенные Штаты через сложные связи, сложившиеся особенно с Гватемалой и Сальвадором в конце двадцатого века. Именно в тех странах, где политика США привела к массовым убийствам, перемещениям и разрушению семейных и общинных связей, американских граждан затем приглашали проявить американскую щедрость, спасая некоторых из оставшихся детей. Как и в случае с Оскаром, описанным выше, Доминга Сик была ребенком, выжившим после массового убийства гватемальской армией в 1982 году, на этот раз в деревне майя Рио-Негро в центральном нагорье. В Рио-Негро не было явного присутствия партизан, но она стояла на пути крупного проекта развития, финансируемого Всемирным банком, – гидроэлектростанции Чишой. Когда жители деревни выступили против принудительного выселения, армия вмешалась, чтобы уничтожить их. Более 3500 человек были насильственно перемещены, и сотни были убиты в серии массовых убийств, которые повторяли чудовищную схему, описанную выше в Дос-Эррес. Доминге было девять лет, когда армия и гражданский патруль напали на Рио-Негро в марте 1982 года. К концу вечера 177 человек были мертвы, включая семью Доминги. Когда девочку нашли, ее отправили в детский дом. Два года спустя ее удостоил баптистский священник из Айовы и его жена. В отличие от Оскара, Доминга была достаточно взрослой, чтобы иметь четкие воспоминания об ужасе, несмотря на ее последующее обычное воспитание на Среднем Западе. Став взрослой, она вернулась в Рио-Негро и, как и Оскар, стала актором и свидетелем в продолжающихся попытках жертв геноцида в Гватемале добиться справедливости. Как и история Оскара, ее история стала предметом пронзительного документального фильма. Доминга была одной из тысяч детей из Гватемалы и Сальвадора, которые «исчезли» во время войны, прошли через лабиринт легальных и коррумпированных систем и в конечном итоге были усыновлены, как правило, белыми, благонамеренными семьями в Соединенных Штатах. Даже печально известный посол США в Гондурасе Джон Негропонте усыновил пятерых гондурасских детей: двоих во время своего посольства там в начале 1980-х годов и троих после. У многих из этих предполагаемых сирот были выжившие члены семьи или даже родители, от которых они были насильно отделены. Все они были «чьими-то детьми». Если их семьи были убиты, а общины разрушены, или если женщин принуждали насилием или голодом отказаться от своих детей, цепочка ответственности за преступления могла быть прослежена вплоть до Белого дома. Сентиментальное отношение к «сиротам» может быть еще одним способом стирания истории, которая разрушила столько семей. Страна, наиболее пострадавшая от насилия, смерти и исчезновений в 1980-х годах, стала крупнейшим источником международного усыновления на протяжении более двух десятилетий. Усыновление стало нерегулируемым крупным бизнесом в Гватемале в хаосе военных лет, и исследования оценивают, что около пяти тысяч детей были похищены и проданы на международном рынке в течение 1980-х годов. Инфраструктура только выросла после окончания войны: десятки тысяч детей были вывезены в период между 1996 и 2008 годами. |