Книга Антиглобализм на тропе войны. Борьба против нового мирового порядка, страница 94 – Александр Лозье

Мы с Роландо сразу понравились друг другу. Он был одним из немногих людей, которых я встретил, чья явная страсть и радикализм затмевали мои собственные. В то время как я обычно чувствовал необходимость сдерживаться в разговорах с людьми, находя способы подсластить свою веру в то, что вся «система» должна быть уничтожена любыми необходимыми средствами, с Роландо я, наоборот, изо всех сил пытался поспевать за ним. Я недавно прочитал «Партизанскую войну» Че Гевары и решил, что если бы Че перевоплотился в наши дни, он был бы кем-то вроде Роландо. Хотя существовало несомненное физическое сходство – их чёрные бороды, смуглая кожа и дикие чёрные волосы до плеч, – более сильным было сходство в их общем чувстве предельной жертвенности ради революционного дела.

Роландо был ярым сторонником Уго Чавеса. Мы встретились всего через 6 месяцев после попытки переворота при поддержке ЦРУ в Каракасе, которая не смогла свергнуть социалистическое правительство Чавеса. Как анархист, я сначала скептически относился к тому, что Роландо называл «боливарианской революцией», поскольку она включала государственную власть. С другой стороны, узнав о причастности ЦРУ к попытке свергнуть Чавеса, я был вполне уверен, что против всего, против чего выступало ЦРУ, я, вероятно, был за. В конце концов, Роландо убедил меня.

Мы с Роландо жили в одной комнате в двухкомнатной квартире. Общая арендная плата составляла 1500 долларов в месяц, что было для меня потрясающей суммой в то время, но мы с Роландо отвечали только за 375 долларов каждый, что было по карману. Другую комнату занимала другая студентка из богатой семьи в Колумбии. Она не разделяла радикальных взглядов Роландо, но терпела его, и в целом мы трое ладили.

На личном уровне это было одновременно захватывающее и запутанное время. Я приехал в Бостон с тем, что считал чёткой целью, – помогать Дэвиду с его документальным фильмом. Это, очевидно, было забыто, и мне нужно было очень быстро найти способ содержать себя. 500 долларов, которые я заработал в Sierra Club, едва хватило, чтобы покрыть аренду за первый месяц, и почти ничего не осталось. Оставшиеся 125 долларов были всеми деньгами, которые у меня были в мире.

Второй целью было дать нам с Мирой пространство, чтобы узнать больше о себе, прежде чем воссоединиться к Рождеству и начать готовиться к нашему переезду в Юджин. Я не был уверен, узнаю ли я что-то о себе, но я так скучал по ней, что это было больно. Я писал ей длинные поэтические письма. Затем я проверял свою электронную почту так часто, как только мог, отчаянно ожидая ответа. Ответы, учитывая, что она была в Гватемале и имела лишь эпизодический доступ к интернет-кафе, часто приходилось долго ждать. Но затем, однажды, они появлялись. Моё сердце подпрыгивало от волнения, когда я видел её имя, выделенное жирным шрифтом, в своём почтовом ящике. Её ответы всегда были нежными, любовно составленными в её собственном поэтическом стиле. Мне становилось лучше на мгновение. Затем я писал ответ, и цикл начинался заново.

К счастью, мы с Роландо жили в интересном районе Бостона – Олстоне, который предоставлял массу возможностей для отвлечения, а также перспектив для работы. В одном квартале от нашей квартиры находилась Гарвард-авеню, оживлённый торговый район с магазинами и ресторанами, представляющими, вероятно, дюжину разных стран. Я ходил вверх и вниз по этой улице, заходя в каждое заведение, чтобы узнать о возможностях трудоустройства. После того как мне отказали бесчисленное количество раз, я зашёл в магазин подержанных вещей, даже не надеясь найти тут работу. Я подошёл к прилавку, за прилавком стоял мускулистый белокурый мужчина.