Книга Антиглобализм на тропе войны. Борьба против нового мирового порядка, страница 69 – Александр Лозье

Tute Bianche вышли из Ассоциации Ya Basta, которая была вдохновлена восстанием сапатистов в Чьяпасе, начавшимся в первый день 1994 года, когда вступил в силу НАФТА. Сапатисты, особенно через своего пресс-секретаря субкоманданте Маркоса, поощряют использование зрелищности и юмора в движениях сопротивления. Определённо, что-то от этого есть и в стратегии Белых комбинезонов. Есть что-то нелепое в том, чтобы видеть протестующих в таком количестве защиты, марширующих за большими транспарантами, подкреплёнными велосипедными камерами. Эта нелепость не случайна, потому что на самом деле нелепо капиталистическое государство. Эта форма сопротивления призвана подчеркнуть данный факт и заставить людей задуматься.

После этого вступления мы начали отрабатывать построения. Мы неуклюже надели химические костюмы и выстроились в ряды по восемь человек. Те, кто были впереди, держали длинный транспарант, для жёсткости которого использовались велосипедные камеры. Мы сцепили руки и начали тренироваться двигаться и поворачиваться в строю. Это было неудобно и на самом деле довольно глупо. Когда некоторые засмеялись, Мус напомнил нам, что юмор, по сути, является неотъемлемой частью нашей борьбы и, по сути, антикапиталистическую конвергенцию в Квебеке также называют «Карнавалом против капитализма».

Однако когда мы начали отрабатывать более конфронтационные ситуации, часть юмора испарилась. Теперь половина участников притворялась полицией, намеревающейся разорвать строй. Две стороны столкнулись, как игроки в регби. Некоторые, особенно мужчины, у которых, возможно, был опыт в физических видах спорта, становились довольно агрессивными. Другие же явно чувствовали себя некомфортно. В какой-то момент молодая женщина была сбита с ног. Она разрыдалась и начала кричать на организаторов.

— Что это за мачо-хрень!? Это то, как мы собираемся сокрушить государство? Став такими же, как они?

Теперь всем стало не по себе. На этом практика прекратилась, и мы образовали большой круг, чтобы начать обсуждение и переработку опыта. Несколько других женщин начали развивать аргумент, который только что прозвучал. Они чувствовали, что такой тип тактики сам по себе сексистский. Другие, конечно, не согласились – включая некоторых женщин. Они чувствовали, что совершенно необходимо защищать себя на улицах любыми необходимыми средствами. В конце концов, насилие – это не то, что мы выбрали, оно было навязано нам.

Наконец, обсуждение закончилось, хотя, безусловно, консенсус достигнут не был. Лично я был заинтригован этой стратегией. В конце концов, это в конечном счёте ничем не отличалось от «Чёрной автономии». Просто это было более организованно, лучше экипировано. Я также интересовался связями с Италией и сапатистами в Мексике. Я планировал изучить эти связи дальше.

Позже тем вечером несколько представителей из Аквесасне приехали провести встречу в кампусе Вермонтского университета. Мы предположили, что это будет возможность узнать о логистике пересечения границы. Наше лучшее понимание на тот момент заключалось в том, что некоторые активисты из «Общества воинов» планировали захватить пограничный переход как акт племенного суверенитета. Затем они, конечно, разрешат всем активистам, планирующим участвовать в протестах в Квебек-Сити, пройти. Это была хорошая новость, особенно для многих анархистов в Берлингтоне, у которых были судимости и которых иначе не пропустили бы в Канаду. Это также была захватывающая возможность для милитантов совершенно разного происхождения объединиться и работать вместе.