Книга Сталинисты в Америке. Стратегия силовых действий, страница 13 – Хизер Бут

Правый популизм уничтожает ценности, которые якобы защищает

На протяжении всего своего президентства Рональд Рейган говорил как популист. Вдумчивые консерваторы хорошо сформулировали это. «Послание Рейгана, – замечает Джордж Уилл, – было более сложным, чем грубый индивидуализм простодушного консерватизма». Скорее, президент возродил старые американские идеалы местного контроля и институтов, близких к дому. Он утверждал, что «ренессанс американского сообщества, возрождение соседства – это сердце и душа восстановления Америки». В своём послании «О положении страны» в 1985 году Рейган утверждал, что его администрация привела к возвращению «ценностей, которые нам дороги». «Прогресс, – настаивал он, – начался не в Вашингтоне, а в сердцах наших семей, сообществ, на рабочих местах и в добровольческих группах, которые вместе высвобождают непобедимый дух одной великой нации под Богом». Президент назвал свои предложения по налоговой реформе 1985 года «новым популизмом», который «вернёт экономическую власть народу».

Каковы бы ни были фундаментальные недостатки администрации – а их много, – темы, которые Рональд Рейган вернул в публичный дискурс, находят искренний отклик у огромного числа американцев. Будущие политики будут игнорировать их на свой страх и риск. Использование этих тем правыми может быть демагогическим, но люди твёрдо верят в них и будут голосовать за кандидатов, которые, как считается, их отстаивают. Другие правые темы, убедительные при первом слушании, при более внимательном рассмотрении оказываются связанными с узким и ограничительным определением того, кого включают в себя «народ». Но даже на своих собственных условиях есть большая ирония в популистском тоне большей части риторики администрации.

Президент Рейган часто взывал к видению Америки как «города на холме», сформулированному Джоном Уинтропом, великим пуританским священником XVII века. Но Уинтроп предупреждал более 350 лет назад, что когда алчность и необузданные индивидуальные амбиции захватывают общественные дела, подлинное сообщество невозможно: «Если наши сердца когда-либо отвернутся так, что мы станем поклоняться богам наживы и удовольствий и следовать за ними, – говорил он своим современникам, – мы непременно погибнем в этой доброй земле». Для большинства американцев экономические и социальные силы последних лет свидетельствуют об истинности предупреждений Уинтропа. Под поверхностью блестящей риторики администрации драматические изменения угрожали самим основам среднего класса. Правый популизм начал уничтожать те самые ценности, которые, как он утверждал, защищал.

Администрация заявляет, что возвращает инициативу на местный уровень и поощряет добровольческую деятельность на смену государственным программам, однако на практике она проявляет поразительную враждебность по отношению к независимым, низовым гражданским инициативам и добровольной работе. «Мы даже не могли добиться, чтобы нам ответили по телефону, – рассказывал Гэри Хаттем, директор Корпорации по сохранению квартала и восстановлению жилья имени Святого Николая, общественной организации в Бруклине, которая возродила свою деловую и коммерческую полосу. – Мы были как Годзилла после прихода Рейгана к власти. Все в бюрократии бежали в противоположном направлении». Должностные лица администрации пытались упразднить каждую государственную программу, которую сообщества и местные районы считали наиболее полезной для самообеспечения и местной самоорганизации. Президент Рейган вручил награду за выдающуюся добровольческую инициативу сестре Фаттах из Филадельфии, вдохновляющему лидеру молодёжного приюта под названием «Дом Умойя». Умойя восстановил дома, начал программы борьбы с преступностью и запустил проект экономического развития «Предприятия Бойстауна» для обучения безработных подростков. Но для этого ему также пришлось бороться со многими неотзывчивыми службами социального обеспечения и правительственными бюрократиями. Но даже когда Рейган встречался с сестрой Фаттах, чиновники администрации пытались заблокировать все программы, которые Умойя смог использовать для возрождения своего сообщества и борьбы с неотзывчивой властью.