Онлайн книга «Карлос навсегда. Жизнь революционера»
|
«Он повернулся и сказал мне, что у британского правительства нет проблем с людьми, которые борются против Каддафи»; «Правительство не создавало препятствий на пути людей, отправляющихся в Ливию»; «Подавляющему большинству британских ребят было 18 и 19 лет. Многие из них уехали из Манчестера. Никто их не останавливал». Но не только «не останавливал» – их называли «борцами за свободу Ливии», почти народовольцами, отличными парнями, которые борются с кровавым режимом. Пресса аплодировала бомбам, сбрасываемым союзниками на верные Каддафи города, злорадствовала по поводу его ужасного убийства. А потом началась Сирия – и всё повторилось: группировки ливийских боевиков, названных теперь «умеренной оппозицией», потекли ручейками в иссушенные каналы Дамаска и Алеппо»… Вот такое высокомерие. Пока же Муаммар Каддафи приглашал Карлоса в Триполи и тот не отказывался: известно, что в 1976 году он в ливийской столице несколько раз. Февральская встреча в Южном Йемене разочаровала Карлоса: несколько дней пока шло собрание Политбюро Народного фронта, Вадди Хаддад откладывал встречу с Карлосом и хранил молчание. Нервозная обстановка дошла до предела и взаимных обвинений. Крехер-Тидеман обвиняла Ганса-Йохима Кляйна в пацифизме и нерешительности. Она кричала, что Кляйн виноват в убийстве иракского офицера. Кляйна обвинили и в том, что он долго не мог утихомирить секретаршу, которой в конце концов удалось позвонить в полицию. Все это имело место быть. Потом Кляйн перевернет все с ног на голову выдав сборник сказок под шапкой мемуаров. Карлос пытался объяснится с Хаддадом, что ближневосточное турне с казнью Ямани и Амузегара он отменил по объективным причинам. Хаддад консультируется с Политбюро и отправляет Карлоса и его группу в тренировочный лагерь, где они осваивают премудрости взрывного ремесла вместе с белыми радикалами всех мастей. Тут были и фалангисты, и правые христиане, марксисты, члены ИРА и баски – все они были желанными гостями Народного фронта. Чтобы недопустить стычек между политическими оппонентами, Хаддад дал личное распоряжением, чтобы все контакты совершались только с его разрешения. Авторитарно? Да. Но людям лишь дай повод, чтобы перерезать друг-другу глотки. Карлос и Кляйн заскучали в лагере – мало интересного проводить время с совсем зелеными для этого бизнеса политическими. Чтобы как-то убить время Карлос занимался спортом и читал книги днем, а по ночам они отправлялись в ночные клубы Адена, развлекаясь в компании молодых женщин. По некоторым сведениям именно там он сошелся с представителями Штази, обосновавшимися в так называемом «заливе дипломатов». И наконец, Карлос принял решение покинуть Народный фронт. Это решение было болезненно принято палестинцами. Отныне он был самостоятельной величиной в мире бескомпромиссной и кровавой борьбы. Он взял за принцип слова Хо Ши Мина: «несите революцию во все страны». И понес. «Я покинул НФОП 15 мая 1976 года, потому что был конфликт между Вадей Хаддадом и Политбюро, обе стороны были в чем-то правы, а в чем-то нет, но это было их видение, которое мне не нравилось. Итак у меня остались некоторые контакты, но я не буду говорить о подробностнях, и потом я вернулся в Алжир, где мы основали Организацию революционеров-интернационалистов. Шесть основателей организации, пять присутствовали, одного не было, по причинам безопасности, И потом мы дружили с сопротивлением и были связаны с НФОП, и мы держали связь с Вади Хаддадом, но не оперативное сотрудничество, потому что у нас были различия, знаете? Но там были проблемы с безопасности со стороны Ваддея Хаддада, и я очень четко сказал ему, почему я покинул НФОП, потому что нам нужно было очистить НФОП, и он не хотел этого. Так что было очень грустно, все это, ну ладно, мы хорошо держали связь, Вадей Хаддад доверял мне в этом и знал, что я не буду раскрывать секреты, и даже сейчас есть вещи, о которых я не говорю, потому что люди все еще живы, и я не имею права давать информацию врагам палестинского народа, врагам арабского народа, врагам мусульман, врагам всех трудящихся в мире». |