Книга Вложи деньги в бунт! История скандинавских революционеров-налетчиков, страница 62 – Габриэль Кун

Но как могли спецслужбы не знать о ваших встречах с НФОП? Где они происходили?

Ян: Вначале встречи проходили в Дании. Однако нас это не устраивало, потому что представители НФОП всегда использовали местных членов НФОП в качестве сопровождающих, которые, по нашему мнению, представляли проблемы с безопасностью. Например, они пользовались телефонами, которые, как мы знали, были небезопасны. Учитывая это, РЕТ, вероятно, знала о наших встречах в то время.

Позже мы отправились на Ближний Восток, но это также было рискованно из-за международных разведывательных служб, а также потому, что датские власти всегда с подозрением относились к людям, посещающим этот регион. Однажды агенты следили за Хольгером прямо из аэропорта по возвращении в Данию.

В конце концов, большинство встреч мы провели в Восточной Европе.

И мы, и НФОП могли легко путешествовать туда, в то время как для PET это был сложный регион для работы – они мало что могли бы сделать, даже если бы располагали информацией о проводимых встречах. Обычно мы встречались в Софии или Будапеште, но бывали и в Восточном Берлине. Сначала мы просто пересекли границу на контрольно-пропускном пункте Чарли, но там всегда были ксерокопии наших документов, поэтому мы начали добираться паромом из Южной Дании в Росток. Было много датчан левого толка, которые ездили в Восточную Германию на каникулы, поэтому затеряться там было легко. У нас никогда не было никаких проблем на границе, и к нам никогда не обращались агенты «Штази».

Возможно, они и следили за нашими встречами, но если когда-либо и были какие-то записи, то они были уничтожены – ничего не всплыло после распада восточногерманского государства.

В целом, общение с НФОП стало более профессиональным после того, как мы восстановили контакт после раскола KAK в 1978 году. С этого момента у нас были регулярные и надежные контакты. До этого нас всегда встречали разные люди, у которых не всегда было четкое представление о выполняемой нами работе и о наших потребностях в области безопасности. Я имею в виду, что когда вас встречает знаменитый угонщик самолета в вестибюле отеля в Софии, это не совсем помогает вам оставаться незамеченным.

– С какими документами вы путешествовали?

Торкил: Наши собственные паспорта, хотя у нас было больше одного.

Ян: Особенно когда мы проводили наши встречи на Ближнем Востоке, нам нужно было регулярно менять паспорта. После того, как встречи были проведены в Восточной Европе, все стало значительно проще.

– Были ли у вас контакты с членами DFLP? Похоже, что их линия была близка вашей, с сильным акцентом на народные восстания и оговорками в отношении громких акций.

Торкил: Теоретически вы правы, но на практике это была небольшая интеллектуальная группа. Мы воспринимали их как нечто родственное многим левым группам в Европе.

У них не было такой массовой базы, как у НФОП. Так что, хотя некоторые контакты и были, тесного сотрудничества не было.

Ян: Первые две группы KUF, которые отправились на Ближний Восток, провели встречи как с НФОП, так и с ДФОП. Другой важной причиной, по которой мы решили работать с НФОП, было то, что он имел гораздо более сильное присутствие на оккупированных территориях. В Газе они были единственной крупной организацией.