Книга Вложи деньги в бунт! История скандинавских революционеров-налетчиков, страница 27 – Габриэль Кун

То, что RAF и KAK были очень разными организациями, подтверждается и тем, как они относились к палестинским организациям. Мы связались с НФОП, потому что хотели поддержать их. RAF связались с ФАТХ, потому что хотели, чтобы они обеспечили военную подготовку и снаряжение.

После гражданской войны в Иордании в 1970 году произошел раскол между НФОП и Группой специальных операций Вади Хаддада. RAF были заинтересованы в сотрудничестве с Вади Хаддадом. Мы – нет. Вместо этого мы сознательно дистанцировались от него.

Это правда, что между руководством KAK и Хаддадом был проведен ряд встреч. Целью этих встреч был сбор информации. За что выступала его группа? Стоило ли поддерживать это дело? Казалось ли возможным сотрудничать с ним? И если да, то представлялось ли возможным сотрудничать с ним, не подвергая риску нашу собственную деятельность? Наша безопасность была важна для нас, потому что это была основа, на которой мы могли делать то, что мы делали.

По разным причинам мы решили не сотрудничать с Хаддадом. Решение было единогласным среди руководства KAK. Причины были следующие. Самым важным из них было то, что действия Хаддада имели мало общего с мобилизацией палестинского народа. Вместо того чтобы создавать народное сопротивление израильской оккупации, как это сделала, например, Интифада, Хаддад выбрал элитарные действия, то есть действия, которые требовали высокого уровня подготовки и сложного оборудования. Результатом стало то, что акции скорее умиротворили, чем мобилизовали палестинское население, потому что обычные палестинцы не могли принять в них участия. Массовое сопротивление вызвали воинственные демонстрации и забрасывание камнями израильских солдат.

Мы были озадачены тем фактом, что Хаддад открыл первую из наших встреч вопросом, что мы можем для него сделать, и объяснением, что он может сделать для нас. Практическое сотрудничество казалось ему более важным, чем общая политическая позиция. Это шло вразрез с нашими принципами. Мы всегда сначала обсуждали политику.

Операции Хаддада становились все более безуспешными. Когда он организовывал угоны самолетов и подобные громкие акции в качестве члена НФОП, его намерением было нанести палестинский вопрос на карту. В этом он преуспел. Однако после его отделения от НФОП все его действия потерпели фиаско, как практически, так и политически.

Мы думали, что у НФОП был правильный политический анализ ситуации в Иордании после так называемого Черного сентября 1970 года: в конце 1960-х палестинские организации в Иордании решили быть очень открытыми. Они носили оружие в лагерях беженцев, а также на улицах Аммана. Иордания также использовалась в качестве базы для операций против израильской оккупации на Западном берегу. Палестинцы составляли 60 процентов населения Иордании, и король Хусейн начал воспринимать их как угрозу своему правлению. В сентябре 1970 года он приказал нанести военный удар по лагерям беженцев. Результатом стало то, что палестинские организации были вынуждены покинуть страну и переехать в Ливан. У Джорджа Хабаша и Вади Хаддада были разные ответы на это. Хаддад пришел к выводу, что движению сопротивления пришлось уйти в подполье, поскольку оно было недостаточно сильным для открытого и, следовательно, уязвимого присутствия в арабской стране.