Книга Крымский перелом, страница 90 – Эдуард Тен

— Да, конечно, проходите, — наконец она взяла себя в руки.

— Могу я надеяться, что вы угостите нас чаем? — с простой улыбкой спросил я.

— Да, ваше сиятельство. — Она повернулась к двери: — Маланья!

Маланья споро накрыла стол, разложила наши гостинцы и пригласила к столу. Мы расселись и приступили к чаепитию. Обстановка была напряжённой — Шувалов и хозяйка были скованы, кроме меня. Я с удовольствием ел пирожное, запивая его чаем.

— Так с каким важным делом вы посетили меня, господа? — наконец спросила Алевтина Николаевна.

— Ну что же вы, Александр Константинович? — толкнул я ногой Шувалова под столом.

Он поднялся с бледным лицом.

— Алевтина Николаевна… — замялся он.

Она догадалась о цели нашего визита и с интересом смотрела на Шувалова.

— Я слушаю вас, Александр Константинович.

— Я… прошу вас стать моей женой… — выдохнул Шувалов и посмотрел на неё.

— Вот так просто — стать женой? И всё? — Она смотрела на него, ожидая продолжения.

— Нет, не просто, — сказал он, набираясь смелости. — Я люблю вас, Алевтина Николаевна, и прошу вас стать моей женой.

— Это как-то похоже на предложение, — ответила она с лёгкой улыбкой. — Правда, это столь неожиданно для меня, что я в растерянности.

Она говорила положенные фразы, но в глазах играли смешинки.

— К большому сожалению, Алевтина Николаевна, — вмешался я, — вашей следующей фразе, что вы должны подумать, вынужден сказать «нет». Вы должны дать ответ сейчас.

— Да, но, простите, ваше сиятельство, при чём тут вы? — удивилась она. — Александр Константинович делает предложение, а не вы.

— Я имею самое прямое отношение ко всему происходящему, — сказал я. — Во-первых, полковник занимает весьма ответственный пост, и меня не устраивает, что он во время службы пребывает в мучительном томлении о вас. Во-вторых, открою небольшой служебный секрет: Александру Константиновичу предстоит повышение по службе с переводом в Петербург. Оговорюсь — возможное повышение. Если он будет продолжать мучиться и нести службу спустя рукава, о повышении он может забыть. К тому же все ближние родственники должны будут пройти проверку на благонадёжность. — Я выдержал паузу. — Теперь вы понимаете, как многое зависит от вашего решения. Поэтому советую вам серьёзно отнестись ко всему. Надеюсь, у вас нет причин скрывать неблаговидные поступки, которые могут повлиять на карьеру Александра Константиновича?

— Нет, что вы, ваше сиятельство, — ответила она с искренней уверенностью. — Ничего предосудительного я не совершала.

— Так значит, вы согласны выйти замуж за Александра Константиновича?

— Да, согласна, — машинально ответила она и тут же смущённо покраснела, поняв, что проговорилась.

— Не смущайтесь, Алевтина Николаевна, — сказал я, улыбаясь. — Я говорил о будущем назначении Александра Константиновича не ради красного словца. А теперь давайте отпразднуем столь хорошее событие шампанским. Паша, неси бутылку.

Шувалов выглядел так, будто с его плеч свалился груз в несколько пудов. Он посмотрел на Алевтину с такой благодарностью, что она смутилась ещё больше.

— Выпьем за ваше счастье, — сказал я, поднимая бокал.

— За счастье, — эхом отозвались они.

Уехал в гостиницу, оставив жениха и невесту разбираться в своих чувствах, и со спокойной душой лёг спать.