Книга Крымский перелом, страница 64 – Эдуард Тен

Досужие сплетни и слухи, страхи, окружавшие начальника СИБ, не особенно воспринимались Милютиным. Как человек военный, боевой офицер, он прекрасно понимал: человек с таким серьёзным авторитетом не мог быть тем чудовищем, каким его рисовало светское общество Петербурга. Тот страх, который князь внушал столичному чиновничеству — и военному, и гражданскому, — скорее даже импонировал Милютину.

Встреча с князем опровергла все грязные слухи о нём. Взгляды князя на военную реформу поразили Милютина своей глубиной и схожестью с его собственными мыслями о необходимости перемен. Через час беседы он стал сторонником князя Иванова-Васильева без тени сомнений. В конце их разговора князь предупредил, что предстоит аудиенция у цесаревича и что, возможно, Милютин получит новое, более значительное назначение.

Теперь, сидя в карете, Милютин думал о том, что предстоящий разговор с цесаревичем может стать поворотным в его судьбе. Он чувствовал, наступает время больших перемен, и был готов принять в них участие.

Аничков дворец. Кабинет цесаревича.

Александр Николаевич встретил Милютина сдержанной улыбкой. В кабинете, помимо цесаревича, находился ещё один человек — молодой офицер в форме Генерального штаба.

— Здравия желаю, ваше императорское высочество, — сказал Милютин, склоняя голову.

— Здравствуйте, Дмитрий Алексеевич, — ответил Александр, указывая на кресло. — Присаживайтесь. Я наслышан о вашей беседе с князем Ивановым-Васильевым. Он весьма высоко оценивает ваши способности и лестно отзывается о вас.

Милютин слегка улыбнулся.

— Князь — человек глубоких знаний, ваше высочество. Его взгляды на реформу армии поразили меня.

— Это хорошо, — сказал цесаревич. — Потому что я хочу предложить вам новое назначение.

Он подошёл к столу, взял в руки несколько бумаг, затем повернулся к Милютину.

— Не секрет, что наша армия устаревает и начинает отставать в своём развитии от европейских стран. Это отставание уже видно невооружённым взглядом — в вооружении, снаряжении и многом другом. Нам нужны люди, способные видеть дальше собственного носа. — Александр пристально посмотрел на собеседника. — Я хочу, чтобы вы возглавили комиссию по разработке плана реформирования армии. Не на бумаге, а на деле. У вас будут полномочия и поддержка.

Милютин потрясённо молчал. Он чувствовал, как тяжесть предложения опускается на плечи.

— Ваше высочество… это огромная ответственность.

— Знаю, — кивнул цесаревич. — Именно поэтому я выбрал вас. Князь уверен, что вы справитесь. Я ему верю.

В кабинете повисла тишина. Милютин смотрел на цесаревича, на молодого офицера, который с интересом наблюдал за разговором. Затем медленно кивнул.

— Я принимаю назначение, ваше высочество.

— Отлично, — сказал Александр. — Тогда не будем терять времени. Приступайте к работе как можно быстрее. Вы будете переведены на должность товарища военного министра. Эта должность позволит вам глубже увидеть все проблемы и слабые места нашей армии. Я не ограничиваю вас сроками, но план нужно разработать как можно быстрее. Мы и так отстаём на десятилетие, если не больше.

Цесаревич протянул Милютину руку.

— Желаю вам успехов, Дмитрий Алексеевич. Я верю, что вы оправдаете доверие.

Милютин пожал протянутую руку.

— Приложу все знания и усилия, ваше высочество.