Книга Служба имперской безопасности, страница 130 – Эдуард Тен

Ближе к вечеру прибыл Селютин.

— Ваше сиятельство, всё выяснил. Действительно, на Плотницкой проживает Акулина Архипова со своим сыном Иваном. Держит лавку на Грачёвке. Местный городовой отзывается о ней в целом положительно. Приторговывает, конечно, краденым и запрещённым, но меру знает. За руку на краденом не поймана, в остальном порядок не нарушает.

— Понятно. Наблюдение установили?

— Нет. Сейчас отправлю двух надёжных наблюдателей.

— Не стоит. Савва, поехали, будем брать, — встал я из-за стола.

— Командир, без тебя справимся, — сказал Савва.

— Поговори ещё, отец родной. Не в этом случае.

— Ваше сиятельство, верно, не стоит вам самому участвовать, — попытался поддержать Савву Селютин, но, наткнувшись на мой взгляд, замолчал.

Мы подъехали к дому Архиповых, остановившись метрах в пятидесяти. Быстро продвинулись к воротам. Паша перемахнул через забор и открыл калитку. Как только мы вошли во двор, он поднял руку и указал на сарай. Из щели пробивался свет, оттуда доносился едва слышный разговор.

Неожиданно раздался выстрел. Мы все присели от неожиданности. В сарае явно завязалась драка. Я кивнул и, сжав руку в кулак, указал на сарай — «Захват!»

Паша ногой выбил дверь. Следом ворвался Эркен, выстрелил из дробовика и отскочил в сторону. Паша, последовавший за ним, сделал ещё один выстрел и отпрыгнул в другую сторону. Весь сарай наполнился кислым запахом сгоревшего пороха. Все замерли, внимательно наблюдая.

Из сарая доносились стоны.

— Зачистка! Контроль! — скомандовал я.

Паша и Савва под прикрытием Эркена проскользнули внутрь. Через некоторое время из сарая вышел Савва.

— Чисто, командир. Четыре трупа. Три наших, один — до нас. Одного Паша тихо кончил — не жилец. Эркен работает.

Я с Асланом прошёл в дом. В комнате сидела растрёпанная пожилая женщина, держа на коленях голову молодого человека и тихо выла. На животе лежавшего — видимо, сына Ивана — вся рубаха пропиталась кровью.

Вошёл Селютин.

— Ваше сиятельство, прибыли полицейские. Что прикажете?

— Выставить оцепление. Никого не допускать. НИКОГО! Вам понятно?

— Да, ваше сиятельство.

— Вениамин Олегович, проследите лично.

— Слушаюсь, ваше сиятельство.

Я подошёл к сараю. Савва и Паша вытащили четыре трупа и уложили в ряд.

— Тот, который с краю, видимо, Кум. А эти трое — видать, бандюки. Сильно разнятся внешне.

Из сарая выглянул Эркен и дал знак рукой.

В сарае сильно воняло всем сразу.

— Всё в подполе. Тесно там. Сейчас с Пашей достанем.

— Аслан, помоги.

Поочерёдно достали пять холщовых мешков, три деревянных ящика и внушительный кожаный баул. Банкноты, золото, серебро и саквояж с ценными бумагами. Бегло просмотрев бумаги, я пришёл к выводу, что самое ценное — именно они.

— Эркен, Савва, — распорядился я. — Отложите пятьдесят тысяч банкнотами, пять тысяч золотом и десять тысяч серебром. Упакуйте и в сторону. Быстрее, бойцы!

Закипела работа.

Прибыли следователь Алентов и штабс-капитан Котов.

— Здравствуйте, ваше сиятельство.

— Вы какими судьбами, Фёдор Акимович? — спросил я.

— Мы тоже вышли на Ивана Архипова. Удалось кое-что узнать о Куме. Кумарин Валентин Остапович. Сын Кумарина Остапа Семёновича, мелкого приказчика у купца Доронина. Окончил пять классов, обучился на печатника в типографии Мельдера. В двадцать лет был арестован за участие в революционном кружке, хранение и распространение запрещённой литературы. Отсидел два года в тюрьме. Последующие годы находился под негласным надзором. Иван Архипов — его ближайший сподвижник.