Книга Шайтан Иван 12, страница 125 – Эдуард Тен

— Ваша светлость, горцы — вполне надёжные и умелые воины. Я потому и настаивал на их использовании на Западном театре военных действий. Незнакомая местность и враждебное население не позволяют им свободно перейти на сторону противника. Я пытаюсь таким образом втянуть их в сферу влияния Российской империи, показав им, какова Российская империя на самом деле. Борьба с нами обречена на поражение. Слышать об этом и увидеть своими глазами — это совершенно разные вещи.

— Вы достаточно убедительны, князь. Что ж, время покажет. Судя по тому, что Кесель получил очередное кричащее послание от своего императора, оттягивать далее выход в поход не получится. Завтра, в полдень, на совещании, князь, без лишней необходимости не вступайте в разговоры ни с кем. Просто наблюдайте. Все ваши мысли — только мне.

— Хорошо, ваша светлость. Я приму к исполнению вашу просьбу, — нейтрально ответил я, показывая тем самым своё независимое положение.

— Не юли хвостом, князь. Я не пытаюсь подчинить тебя, мне нужна уверенность в том, что мы на одной стороне.

— Вне всяких сомнений, это так, ваша светлость.

Каждый из нас обозначил свои позиции и принял сложившуюся ситуацию.

Совещание началось ровно в полдень. Не скрывающий своего недовольства фельдмаршал-лейтенант Кесель с ходу стал предъявлять претензии.

— Ваша светлость, вы могли выступить ещё месяц назад. Ваш император издал приказ, предписывающий вам войти на территорию Австрийской империи и оказать помощь в подавлении венгерского бунта. Я не понимаю вашей нерешительности и бесконечного затягивания начала похода. Я получил послание императора, в котором он настаивает на более решительных действиях с вашей стороны. Требую выступления вашей армии согласно приказу его императорского величества Николая I.

В штабе повисла тишина. Кесель, с обиженным видом, затянутый в блестящий мундир со множеством орденов и всяческих знаков, ожидал ответа, гордо подняв подбородок.

Лицо фельдмаршала Паскевича стало наливаться кровью. Он был готов взорваться, но я постарался опередить его.

— Вы позволите, ваша светлость? — обратился я к Паскевичу.

Он резко кивнул, едва сдерживая себя.

— Господин фельдмаршал-лейтенант. Как ранее сообщил его светлость, я являюсь доверенным лицом его императорского величества. И как уполномоченное его величеством лицо заявляю: что-либо требовать вы можете у вашего канцлера и других лиц, допустивших подобное безобразие в вашей империи. Вы сами виноваты в постигшем вас несчастье. Вы требуете срочного выступления армии, однако до сих пор не предоставили никаких гарантий регулярного обеспечения войск продовольствием и фуражом. Ваши туманные рассказы о всяческом содействии лишены конкретных пунктов и баз снабжения, потому как вы не имеете никаких сведений об оных. Лишённый всего необходимого, его светлость не может выступить в поход на враждебную территорию с недружественным населением. Если этого мало, могу привести множество других мелких препятствий, задерживающих наше выступление.

— И какие ещё мелкие препятствия существуют? — буквально прошипел Кесель.

— Пожалуйста, господин фельдмаршал-лейтенант. Армии предстоит переход через горные перевалы. Вы могли бы захватить и контролировать хотя бы основные из них, чтобы облегчить и без того трудный маршрут для армии с её обозами, но вы даже не предоставили верных проводников. Никаких точных сведений о силах и расположении повстанцев вы не изволили сообщить, опять туманные высказывания. Может быть так, а может и не так… Продолжать?