Книга Шайтан Иван 12, страница 123 – Эдуард Тен

Следующим утром я доложил о своём прибытии. Паскевич уже находился в сборе — при нём была целая свита, не менее двух десятков офицеров разных чинов, а также фельдмаршал-лейтенант Кесель с двумя полковниками.

Я, облачённый в чёрную черкеску и тёмно-серый бешмет, с Георгием на груди и Владимиром на шее, при наградном Георгиевском оружии, предстал перед Паскевичем.

— Господа, генерал-лейтенант князь Иванов-Васильев. Полномочный представитель его императорского величества при моей ставке. Прошу любить и жаловать, — ворчливо представил меня Паскевич.

— Не будем откладывать, господа.

Паскевич сел в коляску, и вся наша свита — верхом, кроме генерала Кеселя, который тоже передвигался в коляске, — тронулась в сторону сборного лагеря.

Ко мне подъехал великий князь Павел, командир гвардейского корпуса общей численностью три тысячи человек. Корпус был собран из десяти пехотных батальонов, пяти гвардейских полков и десяти эскадронов гвардейской кавалерии, без тяжёлой.

— Здравствуй, Пётр Алексеевич! — улыбнулся Павел. — Рад, что ты участвуешь в этом походе. Вечером буду у Андрея, там поговорим.

Он отъехал к своей группе — блестящих гвардейских офицеров.

Осмотр начался с Гвардейского корпуса. Несмотря на то что солдаты и офицеры были одеты в походную форму, они всё равно отличались от стоящей рядом с седьмой пехотной дивизией. Много блеска от шитья и эполет.

Паскевич равнодушно осмотрел гвардейский корпус.

— Обоз вашего корпуса впечатляет, ваше высочество, — криво усмехнулся Паскевич. Павел заметно смутился, но промолчал. Бегло осмотрели седьмую дивизию и драгунский полк, состоящий из трёх эскадронов. В самом конце добрались до лагеря Кавказского отряда. Коляска Паскевича остановилась, вместе с ним вся свита. Он взял трубу у адъютанта и внимательно осмотрел стоянку отряда. Адъютант что-то докладывал ему, заглядывая в исписанный лист. Лагерь состоял из четырёх прямоугольников. По всем сторонам равномерно стояли фургоны. В каждом прямоугольнике находились бойцы, одетые в полёвки, егеря. Далее казаки и джигиты. Дымили полевые кухни, по лагерю была заметна привычная суета.

— Князь, подойдите.

Я подошёл к Паскевичу.

— Это и есть Кавказский сводный отряд указанный в приказе?

— Так точно ваша светлость.

— В вашем прямом подчинении, — неопределённо произнёс он.

— А почему, князь об этом особо указано?

— Потому что, ваша светлость, эти подразделения специально обучены для проведения боевых операций, в том числе и горной местности. Их применение не вписываются в нынешнее положение о проведении боя пехотными подразделениями.

— Да, что вы говорите, князь. И кто создатель этого специального подразделения? — сделал акцент на последних словах Паскевич.

— Я ваша светлость. — Скромно ответил я.

— Хочу осмотреть ваш отряд, — произнёс Паскевич.

Место, с которого мы осматривали стоянку Кавказского отряда, находилось на небольшой возвышенности. Коляска Паскевича бодро подъехала к лагерю. Там давно нас заметили и подали сигнал к общему построению.

Лагерь начинался с расположения батальона пластунов. Когда мы подъехали, батальон уже стоял в строю. Паскевич слез с коляски, и к нему тут же подбежал Андрей.

— Ваша светлость, первый батальон отдельной Пластунской бригады Кавказского казачьего войска построен. Командир бригады полковник князь Долгорукий, — бодро доложил Андрей.