Книга Шайтан Иван 8. В тени двуглавого орла, страница 72 – Эдуард Тен

Её наряд был необычен: в платье причудливо сочетались традиционные кавказские силуэты с элементами европейского кроя, напоминая то ли грузинские, то ли осетинские наряды. Богато расшитая шапочка с лёгкой вуалью заставляла её выделяться на фоне других дам. На Лейлу то и дело падали любопытные взгляды, заставляя её смущённо опускать глаза.

Неожиданно к их группе подошли великие князья.
— Добрый вечер, Екатерина Николаевна, Маргарита Алиевна, Лидия Хайбулаевна, — раздался церемонное приветствие.

Дамы, за исключением Елизаветы Алексеевны, ответили глубоким придворным поклоном.
— Позвольте представить вам, Лидия Хайбулаевна, великого князя Михаила, моего брата. Он изъявил желание познакомиться с супругой известного поэта, его тёзки — Михаила Лермонтова. Лихого сотника из батальона графа Иванова-Васильева.

В этот момент зазвучали первые аккорды вальса.
— Могу я надеяться на честь пригласить вас на тур вальса, Лидия Хайбулаевна? — неожиданно для всех предложил Михаил.

Взоры присутствующих устремились на Лейлу. Она смутилась, и на её щеках выступил румянец. Подняв на князя виноватый взгляд, она тихо, но твёрдо ответила:
— Прошу прощения, ваше высочество, но я вынуждена отказать. В отсутствие мужа я не могу позволить себе вольность, которая может вызвать его неудовольствие.

Отказ, данный великому князю, повис в воздухе, вызвав всеобщую растерянность. Лишь Елизавета Алексеевна сохраняла полное спокойствие. Гордо вскинув голову, она с безмолвным вызовом смотрела на князей, готовая в любую секунду встать на защиту жены своего любимого внука. С этой минуты она раз и навсегда признала в Лейле свою любимую невестку.

— Ваше высочество! — вступила в паузу Маргарита Алиевна, обращаясь к великому князю Михаилу с лёгким, почти извиняющимся поклоном. — Лейла, простите, Лидия, — поправилась она, — совсем недавно вступила в брак с Михаилом Юрьевичем. Петербург для неё, как когда-то и для меня, стал полным потрясений. Даже переход в православие не может в одночасье стереть особенности воспитания, привитые кавказской женщине с детства: глубочайшее уважение к воле супруга. Она просто не в силах переступить через долг и те нормы, что считает для себя незыблемыми.

Затем её взгляд смягчился, и на губах появилась обезоруживающая, почти кокетливая улыбка.
— Но если вы всё ещё желаете танцевать, то могу я предложить себя в качестве вашей партнёрши на этот тур?

— А как же ваш муж, князь Андрей? — искренне, почти по-юношески удивился Павел.

— О, я уверена, его сиятельство сочтёт за честь, если его супруга протанцует один вальс с великим князем, — парировала Марэ, и в её голосе зазвенела весёлая уверенность.

Её находчивость и лёгкость разрядили напряжённую атмосферу, вызвав дружный, одобрительный смех.

— Честь для меня, Маргарита Алиевна, — с благодарным кивком ответил Михаил.

Он галантно протянул руку, и Марэ, склонив голову, позволила повести себя в вихрь вальса, оставив позади смятение и заслужив молчаливое одобрение Елизаветы Алексеевны.

После двух насыщенных дней в Пятигорске Александр навестил меня в номере.
— Ну что, Пётр Алексеевич, не пора ли взглянуть на твою вотчину, Пластуновку? Готов к инспекции высокопоставленного лица? — с лёгкой ухмылкой поинтересовался он.

— Всегда готов, ваше императорское высочество, — бодро отозвался я.