Книга Шайтан Иван 4, страница 70 – Эдуард Тен

— Опять мы уперлись, все, всё знают и ни чего не делают. Хотелось многое сказать, но понимая бесперспективность моих доводов и предложений я не стал продолжать разговор. На совещании присутствовал ротмистр Булавин, который промолчал всё время. Он только делал короткие пометки.

В конце ноября резко похолодало. Я сидел в штабе и готовился к отпуску. Атаман разрешил убыть в отпуск в декабре и прибыть к началу марта. Получил письмо от Кати, в котором она известила меня о своей беременности. Не могу описать свое состояние. И в прошлом и нынешнем времени у меня не было детей. Полный надежд и мечтаний я готовился к предстоящей поездке. Андрей отбудет месяцем позже.

— Командир, к тебе со срочным донесением.

Вслед за дежурным в комнату вошёл незнакомый офицер с погонами капитана.

— Здравия желаю господин есаул. Прибыл к вам со срочным донесением.

Капитан протянул пакет со штемпелем жандармского корпуса. Вскрыл пакет и стал читать в это время капитан разделся и присел за стол. В пакете был приказ генерал-майора Дубельта, в котором указывалось, что податель данного письма является полковником жандармского корпуса Лукьяновым Львом Юрьевичем и наделён чрезвычайными полномочиями. Мне следует выполнять все его приказы и распоряжения. Полковник заметив, что я закончил чтение, выложил на стол серебряный жетон с выгравированным орлом и двуглавым коронованным зверем, символ третьего отделения жандармского корпуса. Не знаю точно какими правами и полномочиями этот жетон наделяет предъявителя сего знака, но то что я обязан выполнять его приказы, это однозначно и не подлежит обсуждению. Меня охватило неприятное чувство больших неприятностей вместо ожидаемого отпуска. Полковник рассматривал меня, его холодный и проницательный взгляд, наверное подавлял и подчинял людей. Чувствовалась в нем внутренняя сила, да ещё подкреплённая этим серебряным жетоном, жёсткое сочетание. Я решил не отступать и уперся в него своим простым, фирменным взглядом. Какое-то время мы мерились с ним размерами своего достоинства. Полковник усмехнулся. Я успел заметить лёгкую тень одобрения.

— Надеюсь есаул вы угостите меня чаем и покормите. Признаться замерз и проголодался добираясь к вам.

— Прошу вас, будьте моим гостем. Как я понимаю разговор у нас будет долгим.

Мы расположились за столом у меня в доме. Аслан и Паша быстро накрыли стол. Егор Лукич узнав о непростом госте, почувствовал чутьём старого служаки. На столе появились солености, нарезка колбасы и вяленого мяса. Небольшой кувшинчик вина и двухсотграммовая стеклянная колба с моим виски светло-янтарного цвета. Горячие лепёшки. Полковник ел с аппетитом, действительно оголодал, пока добирался до меня из Петербурга.

— Признать, Пётр Алексеевич, стол у вас прекрасный. Без не нужной изысканности, всё по делу. А что это за напиток, такой крепкий, но приятный на вкус?

— Не доделанный бренди, собственного приготовления.

— Я пожалуй выпью еще рюмку, и давайте без чинов, Лев Юрьевич. — полковник с удовольствием опрокинул рюмку.

— Хорошо, Лев Юрьевич, я вас внимательно слушаю. Судя по тому, что из самого Петербурга, целый жандармский полковник, дело предстоит не простое.

— Вы удивительно догадливы. — Рассмеялся полковник. — Я ознакомлю вас с общей сутью дела, потом расскажу более подробно с задачей которую вам предстоит выполнить.