Книга Эфиоп Ивана Грозного, страница 120 – Эдуард Тен

Я с интересом ходил по рядам, иногда осматривая товар: иноземные ткани, оружейные лавки. Наконец набрёл на лавку, в которой торговали стеклянными изделиями. Хозяин, итальянец, сидел на высоком стуле в конце выставочного прилавка и что-то писал. Торговая площадь была небольшой, и выбор изделий — скудным: бокалы, стаканы, блюда разных размеров. Единственное, что более-менее можно было назвать красивым, — два кубка из мутного стекла, жёлтого и красного цвета.

У прилавка топтался русский приказчик — молодой парень в поношенном кафтане, с заискивающим взглядом.

— Чего изволишь, господин? — спросил он, заметив, что я разглядываю товар.

— Показывай, что есть.

— А вот, изволь посмотреть: кубки, стаканы, блюда. Всё само лучшее, заморское.

Я взял в руки блюдо — стекло мутное, с пузырями, край неровный.

— Что ж у вас всё такое… неказистое? И стекло мутное, и работа грубая.

Приказчик потупился, замялся:

— Так ведь, господин, не наше это дело. Хозяин — италиец, он и привозит. А мы что… Мы только торгуем. Он свой товар привёз, а нам что дают, то и продаём.

— И сколько же за этот кубок просите?

— Три рубля, господин.

Я чуть не присвистнул. Три рубля — за этакую кривизну да мутное стекло!

— Дорого же вы просите. За такое и алтына много.

— Не мы цену ставим, господин, — развёл руками приказчик. — Хозяин-италиец цену назначает. Говорит, стекло — товар редкий, изготовить его трудно, потому и цена такая. А нам что? Наше дело маленькое — продали, деньги отдали, вот и всё.

— Редкий, говоришь… — пробормотал я, оглядывая скудные полки. — А кроме этого ничего нет? Может, получше что?

— Нету, господин. Что есть — то и есть. Хозяин мало привозит, у них там стоит дорого. Путь не близкий. Говорит, что чуть ли не в убыток торгует. Врёт конечно. А если есть желание могу спросить у хозяина зерцало.

— Неси посмотрим.

Продавец подошёл к хозяину и что-то зашептал ему указывая на меня. Потом жестом подозвал к себе.

Хозяин покопался за прилавком и поставил деревянную коробку и открыв её достал зеркало с половину ладошки, как в пудренице.

Из-за маленького размера искажение было не так заметно. В целом листе искажение в виде волны было явное. Зеркала вырезали из более ровных мест.

— Сколько? — спросил я.

— Пьять рублей.

— Ни хрена себе… — крякнул я.

Положил зеркальце обратно на прилавок. Ну что ж, теперь мне хотя бы ясно, с кем придётся тягаться и по каким ценам. С иноземцем, который держит цену высоко и везёт, на мой взгляд, неликвид — потому как уверен, что, кроме как у него, другого стекла в Москве не сыскать.

Продавец, видя, что покупать я не собираюсь, явно расстроился.

— Тебя как звать? — спросил я.

— Алексием.

— Грамоте, счёту обучен?

— А как же, в торговле без этого нельзя. И грамоту ведаю, и счёт хорошо знаю.

— Кто ещё на дворе стеклом торгует?

— Ещё один италиец да франк. Токма у тех товар немногим лучше. Франк ещё стеклом для оконцев торгует.

Алексий подробно объяснил, как найти лавки торговцев стеклом.

— Держи, — протянул я копейку Алексию.

— Благодарствую, господин! — обрадовался он.

— Где тебя найти в случае нужды?

— Так здеся я торгую, по найму.

Кивнув, я вышел из лавки, с трудом продвигаясь сквозь толпу. День был в самом разгаре.

Посетив указанные лавки, я теперь имел полное представление о стекольном рынке. Уверенность в том, что я смогу подмять под себя всё и всех, подняла и без того хорошее настроение. Я не сомневался: итальянские мастера производят изделия много лучше, чем купцы привозят нам. Дорогие вещи привозят на заказ и продают очень дорого. Так что нужно какое-то время, чтобы раскрутиться и наладить торговлю. Надо найти лавку в хорошем месте на Большом посаде — это самая крупная торговая площадка в Москве. Заготовить широкий ассортимент и выбор: от относительно недорогих до эксклюзивных образцов. Я шёл, полный планов и будущих перспектив