Книга Эфиоп Ивана Грозного, страница 108 – Эдуард Тен

Несмотря на весеннюю распутицу мы довольно быстро добрались до резиденции митрополита в Успенском соборе.

Монах, встретивший нас, провёл по коридорам к келье митрополита. Постучал и открыл дверь. Келья, квадратов тридцать, служила митрополиту личным кабинетом. Небольшой стол, кресло с высокой спинкой, лавки вдоль стен. Мы вошли и поклонились: Пронин — глубоким поклоном, я — вежливым полупоклоном.

— Здравия, владыко. Исполнил твою просьбу.

— Благодарю тебя, Иван Фёдорович. Теперь иди с Богом. Разговор с Искандером у меня будет долгим.

Пронин поклонился и вышел.

— Как же я вернусь обратно? — мелькнула тревожная мысль.

Будто прочитав её, митрополит произнёс:

— Не тревожься, тебя отвезут в Коломенское. Ты не голоден?

— Если накормите — не откажусь.

Митрополит вызвал служку-монаха.

— Отведи в трапезную. Накормите и приведи обратно.

Трапезная находилась в полуподвальном помещении. Мне дали чашку похлёбки с маслом, без мяса, и кусок чёрного хлеба. Запил всё квасом. Ужин вполне сытный. Затем я вернулся в келью митрополита.

Прежде чем начать разговор, митрополит внимательно посмотрел на меня.

— Гляжу, не испытываешь страха и трепета предо мною? — усмехнулся он. — Глуп али дерзок?

— А что, должен, владыко?

— Значит, дерзок, — окончательно утвердился митрополит. — Скажи, Искандер, мне сказывали, что веры ты магометанской, а положенные обряды не исполняешь?

— Как вы можете знать, владыко? Может, я молюсь за закрытыми дверями.

— Возможно такое. Так кто ты, Искандер, и какому богу молишься?

Я не отвернулся и не опустил взгляда, глядя прямо в глаза митрополита. Моя легенда была обдумана и, на мой взгляд, вполне правдоподобна, но вопрос веры был очень скользким. Я решил протащить его перед митрополитом. Это течение когда-то очень давно существовало на Востоке — мухтайриды. Суть верования была проста: молись единому Богу так, как хочешь и можешь. Когда пожелаешь. Будь искренним и богобоязненным. Старайся не нарушать десять заповедей и мухтайрид не нуждается в посредниках для общения со Всевышним. Мухтайир означает: тот кто имеет свободный выбор.

— Владыко, вы мудрый человек. Я потерял духовного учителя. Я понимаю, как много зависит от вас, и не знаю, могу ли довериться вам, владыко?

— Да, Искандер, можешь довериться. Ты что, еретик? Идолопоклонник? Многобожник?

— Нет… владыко… я… мухтайрид.

Митрополит замер, озадаченно глядя на меня.

— И что это за вера? Ты можешь рассказать мне подробно?

— А нужно ли, владыко?

— Нужно. Ты близко стоишь к государю. Возможно, твоя вера будет дурно влиять на него. И не дай Бог отвратишь его от православия… — Митрополит грозно посмотрел на меня. — Рассказывай и не скрывай ничего, — сурово закончил он.

Я начал свой рассказ с главного: верую в единого Бога, с уважением отношусь к мусульманству, христианству — к тем, кто истинно верует, а не выставляет свою веру напоказ. Отвечал подробно на вопросы митрополита. Иногда приходилось хитрить, обходить острые углы и не вступать в теологические споры ссылаясь на слабое знание православия.

— Крамольные речи твои, Искандер, — задумчиво произнёс митрополит. — Отец был твоим духовным учителем?

— Нет, мой отец — истинный мусульманин. Моим духовником был Мухаммад ибн Азани — учитель математики и механики. Мой отец был великим визирем, владетельным господином обширных земель, и меня с детства учили управлению ими как первого прямого наследника.