Книга Дом, где засыпает время, страница 57 – Агафья Вебер

Ярослав — огромный, матерый серый хищник — подошел к Татьяне вплотную. Его мощное плечо прижалось к её белоснежному боку, согревая диким, первобытным теплом. В его прозрачно-серых глазах, где теперь навеки поселилась золотая искра Алевтины, отражалось бесстрашие. Зверь и человек внутри него окончательно слились, готовые к финальной охоте.

Татьяна вскинула голову к свинцовому небу. Её разноцветные глаза вспыхнули чистым ведовским пламенем. Она обвела взглядом замершее войско: могучего Лешего, яростную Повилику, искрящихся ведогоней и лесных зверей, готовых отдать жизни за этот край. Внутри неё больше не осталось страха, только безраздельная, звенящая мощь Хозяйки Святой Горы.

Белая Волчица испустила протяжный, грозный вой, давая сигнал к началу похода. Серый Волк подхватил её клич, и этот двойной зов нерушимого союза раскатился над тайгой, сотрясая вековые деревья. Лесное ополчение разом пришло в движение, устремляясь вслед за своими вожаками по зеленой тропе Повилики — прямо в ледяную пасть Дальних Топей.

Зеленая фосфоресцирующая нить Повилики уводила лесное воинство всё глубже во владения Хозяина Топей. Чем дальше они продвигались на север, тем сильнее менялась тайга. Могучие, гордые кедры и пушистые ели уступили место уродливым, искривленным карликовым березам и черным, высохшим ольховым остовам. Эти мертвые деревья торчали из-под снега, словно скрюченные пальцы утопленников, тянущиеся к небу в немом проклятии.

Здесь властвовал мертвый, сковывающий холод, но под коркой серого ноздреватого льда всё еще бурлила, дышала ядовитыми газами жирная, маслянистая Черная Вода. Болото не желало покоряться зиме. Оно упрямо плавило наст снизу, выбрасывая сквозь редкие полыньи тяжелый дух сероводорода, тухлой травы и застоявшейся гнили. От этой вони обычные лесные звери — волки и рыси, шедшие под защитой деревянной брони Лешего — недовольно фыркали, прижимали уши и испуганно косились на бурлящие черные окна воды.

Белая Волчица ступала осторожно, выверяя каждый шаг. Тяжелый Костяной Узел на её шее мерно постукивал по груди. В его центре, защищенное от сырости кожаным плетением, лазурное перо Гамаюн испускало едва заметные, теплые импульсы. Этот оберег действовал как невидимый плащ: едкие болотные испарения, тянувшиеся к героям, словно слепые щупальца, в последний момент скользили мимо, обманутые костью ложного шатуна. Для Изначального Омута войско Святой Горы сейчас казалось лишь частью его собственного мертвого тумана.

Ярослав шел плечом к плечу с Татьяной. Его мощное серое тело то и дело напрягалось, а прозрачно-серые глаза непрестанно сканировали камышовые заросли. Его дикое чутье Зверя буквально кричало об опасности. Каждый раз, когда лед под их лапами глухо трещал и прогибался, Серый Волк подставлял свое широкое плечо Белой Волчице, готовый принять удар на себя или вытолкнуть её на твердую кочку.

Сзади них, тяжело ворочая могучими сучьями, ступал Леший. Каждым своим шагом гигант буквально вколачивал гнилые ольховые стволы глубоко в болотную жижу. Он пускал под воду ледяные корни мертвых деревьев, намертво скрепляя топь и создавая прочную гать для остального войска. Повилика зеленой молнией скользила впереди, её ледяные бичи с сухим треском выкашивали шевелящиеся болотные плети, пытавшиеся ухватить волков за лапы. Ведогони плотным, светящимся золотым куполом висели над головами защитников, сдерживая рвущийся из глубины топей ментальный морок.