Книга Золотая тьма. Том 2, страница 173 – Игорь Осипов

Юноша чуть не споткнулся, останавливаясь в дверях, а затем кинулся обратно.

Дрожащими руками наполнил кубок из кувшина и поднёс верховной волшебнице. А та глядела в зеркало, но уже на саму себя.

Барон пришлых. Было в нём что-то, что не отпускало. И если у халумари всё так плохо, как докладывают, барон станет искать покровителей. И тогда лучше приблизить его самой. Будет преданным, хотя в то же самое время и своевольным. Не то что казначейша и все эти сплетницы, которые суют нос не в свои дела.

Но всё же…

Астра закрыла глаза и дотронулась пальцами до своего живота, представляя сильные руки. И живот предательски дрогнул.

Волшебница быстро оперлась локтями о столешницу, подставила ладони и уронила на них лицо.

— Бездна, — едва слышно выругалась она, а затем забормотала речитативом: — Небесная Пара, помоги, помоги, помоги.

— Чем ты недовольна? — послышался за спиной голос Старой Прачки, которая ввалилась в покои, звонко цокая подкованными сапогами.

Астра медленно покачала головой, не отрывая от ладоней, а потом встрепенулась и потянулась вниз, под стол. Её пальцы нырнули под столешницу и коснулись дерева.

— Экса, — прошептала она тихо заклинание, и замок запертого изнутри, а потому доступного для открытия только магией, потайного ящичка сухо щёлкнул, и на ладонь упала небольшая, но увесистая книжка в дорогом переплёте.

— Что ты задумала? — спросила Линда, а Николь-Астра, не обращая внимания, что обнажена, и что на неё смотрит сопливый менестрель с кубком вина в руках, подошла к начальнице своей стражи.

— Я тебя прошу, — тихо проговорила она, взяв руку Линды в свои руки. — Если хочешь добра, либо помоги, либо не мешай.

— Чтоб знать, чему мешать, я бы хотела знать, что это.

Астра покачала головой, отступила на шаг, поманила юнца, выхватила из его рук кубок вина и осушила одним большим глотком. А затем откинула на пол.

Серебро зазвенело по паркету, а волшебница открыла книжку на средине и принялась бегать взглядом по строкам.

— Нет, Николь, — скривилась, как от кислого фрукта, Линда, — я поняла. Это глупо. Тебя опять попытаются заклеймить калёным железом. Это же нельзя. И даже если не клеймят, это опасно.

— Кто, Линда? — разведя руками, проговорила волшебница. — Они либо трясутся по кельям в страхе перед псоглавым божком, либо мертвы. А как угроза минует, отдам ценности казанчейки храму. То есть половину. Да и не боюсь я клейма.

Начальница стражи Магистарта замолчала на мгновение, потом огляделась. Затем набрала воздуха в грудь и прокричала:

— Все вон! Живо!

Когда лишние уши и глаза умчались, создала заклятье тишины.

— Николь, ты сошла с ума, — продолжила напирать Старая Прачка. — Духи могут быть капризны, а Небесная Пара ревнива. Ты погибнешь, — выпалила она.

— Все мы иногда сумасшедшие, — ответила Астра и добавила: — Я устала быть одна.

— Ты не одна.

— Я не о том, Линда.

Волшебница уставилась в потолок, поджала губы, потом взяла со стола серебряный кинжал и сделала лёгкий надрез на левом ребре. По коже тут же побежала кровь.

Это была не магия. И не сила духов. Это была та грань, где сила самой ведьмы и сила стихий сталкиваются, как ветер и парус, создавая нечто большее, чем просто дуновение неба и кусок ткани.

Они создавали движение.

Создавали свободу.