Книга Золотая тьма. Том 3, страница 94 – Игорь Осипов

— Матрэ! — заорала на всю базу девушка и кинулась маме на шею.

И они стояли, обнявшись, и наперебой тараторили.

— Матрэ, а ты знаешь…

— Ли-ли, моя дорогая, я так рада…

И прочий восторженный звуковой фон.

Хоть у кого-то хеппи-энд.

Сизов удручённо поглядел на кучу вещей, которые выносил из прохода дневальный. И, по всей видимости, девушка собиралась в Керенборг — на постоялый двор.

Внезапно сам того не ожидая, Стаканыч подошёл к женщинам и указал рукой на пропускной пункт.

— Давайте я вам помогу доехать. У нас как раз скоро маршрутка отправляется.

— О-о-о! Машутка! — исковеркав русское слово на местный манер, воскликнула Шарлотта: — Я ездила на ней. Один раз. Мне понравилось. Матрэ, поедем! Мы вознице прикажем двуколку к воротам отогнать, а сами на машутке!

Женщины похватали ценные вещи, а большой ящик пришлось брать Стаканычу.

— А Максимилиан не поедет? — спросил он, выглядывая баронета.

— Завтра. Он сказал, что ему надо ещё дела здесь уладить. Говорит, какую-то запалту надо получить халумарским золотом.

— Ясно, — усмехнулся землянин. И они двинулись в сторону пропускного пункта.

Там и в самом деле был микроавтобус. Его запустили сразу же, как сняли тревогу, как символ мирной жизни. Салон заполнен наполовину, в основном убывающими в Керенборг прогрессорами.

Вскоре маршрутка тронулась.

Крысоловка с матушкой всю дорогу непрерывно галдели, обмениваясь эмоциями и впечатлениями. А сам Сизов разочарованно глядел окно, воткнув наушники в уши. За окнами виднелся рабочий полдень. Сотрудники базы проверяли оставленную во время осады строительную технику, отчего то тут, то там поднимались чёрные клубы выхлопных газов от несгоревшей солярки. Уже загорелся единственный на всю округу светофор.

Учёные окружили осиротевший тотем псоглавого божка — тот его экземпляр, что остался у стен базы.

А во временный посёлок понемногу возвращались местные батрачки. Они привыкли к коротким войнам и осадам, и как быстро сбегали, так же быстро и возвращались. Денег же на еду надо зарабатывать.

Потом асфальт кончился, под колёсами зашумел гравий.

До Керенборга доехали быстро. Там взяли вещи и дотащили до постоялого двора, где в обеденном зале как раз готовился поросёнок на открытом огне с кашей. Грех такой пропускать, и прапорщик заказал себе порцию, пока крысоловка с матушкой продолжили шумно обсуждать события за соседним столиком. Обратно лучше пешком — дойдёт до базы как раз к прибытию инспектора.

Ковырялся в тарелке вяло. Так же вяло бормотал:

— К чёрту. Не везёт мне с бабами. Подам рапорт о переводе на Землю. Там и женщины привычные. Там и пиво магазинное.

Сизов вздохнул.

Здесь тоже пиво есть. И сидр.

Надо бы заказать порцию напоследок.

Прапорщик вытащил наушники и положил их на стол, а потом полез в карман за серебряной мелочью.

И тут он как-то внезапно осознал, что оказался прижатым к стене.

Вроде бы опытный разведчик, а сей момент проворонил, потому немного растерянно поглядел снизу вверх на матушку Шарлотты.

— Добрый Стаканишт, — как-то подозрительно протянула она. — Мне Ли-Ли столько про вас рассказала. А вы такой, оказывается, интересный мужчина.

— Матрэ! — громко возмутилась сидящая за столиком крысоловка.

— Молчи! — чуть повернула голову и прокричала купчиха, держа в руках две большие кружки с пенными шапками. — Не учи мать, как благодарить спасителя дочки!