Книга Золотая тьма. Том 3, страница 87 – Игорь Осипов

«Фвух!» — заревел огонь, и из него выскочила тройка большущих псов, пылающих углями и словно из углей же сложенных.

— Сжечь всё! — заорал божок, а потом хрипло засмеялся.

Псы заклокотали, как пламя в горне, и стали метаться вдоль пепельного барьера, а вслед за ними загорались кусты, деревья и трава. Полыхало, словно облитое керосином, поднимая небу густой дым.

— Жечь!

Псы метались, кусали воздух. Там, где смыкались их челюсти, на невидимом пепельном барьере оставались светящиеся борозды и царапины, как на пропиленном болгаркой стекле.

Пётр Алексеевич быстро пробежался взглядом по местности, оценивая ситуацию, а ситуация уже выходила за рамки плана и графика. В общем, была близка к полной заднице. В итоге заорал:

— Портальщик! Запускай!

Сидящий в окопе капитан стал тыкать по кнопкам ноутбука, выводя из спящего режима.

— Блин! Железка долбаная, нафиг! Быстрее! — матерился офицер, стискивая корпус по краям.

Его голос был приглушён противогазом и разбирался в треске и грохоте.

Когда экран загорелся, высвечивая синтетическим светом землю на окопном срезе, словно пирог, припудренный сверху зелёным дёрном, защёлкал кнопками и судорожно зашаркал пальцами по сенсорной панели.

Затем вдруг схватился за провод и стал скользить руками вдоль него, непрерывно повторяя, словно проклятье:

— Черт-черт-черт.

— Что? — заорал генерал, чувствуя, что случилось самое плохое из возможного.

— Не знаю! Блок управления портала не отвечает!

— Твою мать! Чини!

Генерал торопливо протёр лицо и стал размахивать рукой.

— Снайпер! Семёнов! Иванов! Прикрыть портальщика! Твою мать, буквально! Щитами! — добавил местное ругательство: — Канальи!

А затем и сам перехватил поудобнее автомат. Давно он не упражнялся с ним! Как стал генералом, так и не упражнялся! Ну ничего, это как на велосипеде — руки всё равно помнят.

Меж тем по краю пепельного барьера метались огненные псы. Они порой пытались сделать подкоп под пепельный барьер, словно обычная собака под забором, но когда касались пепла, их морды и лапы начинали блестеть золотыми искрами, а сами они противно взвизгивали, будто обжигались.

При этом обычным пламенем горело вообще всё, озаряя поляну, технику, дом и людей заревом пожара. Противогаз мешал командовать и мешал прицеливаться.

Но без слезоточивого газа псоглавые будут иметь преимущество в ближнем бою.

В небе запоздало вспыхнула осветительная мина от миномёта с базы, но её свет почти ничего не добавлял к жёлтому свету полыхающего леса.

Зато в какой-то момент в доме мелькнула белая вспышка, словно от фотоаппарата, и один из псов задёргался на месте, как если бы попал в трансформаторную будку. Затем заверещал на неявственных нотах, сверкнул белкой-молнией и рассыпался оранжевыми ворохами искр, горящих листьев и тлеющей травы, словно кто-то со всей дури пнул не прогоревший костёр, раскидывая содержимое.

Наверняка дело рук Астры.

И только стоило помянуть волшебницу, как она выскочила наружу. Вид у неё был браво-абсурдный, потому как прямо поверх бордового платья с ажурными рукавами и белым воротом был надет камуфлированный бронежилет. Поверх броника — разгрузка с кармашками, и в кармашках лежали хрустальные шары и заколдованные линзы от биноклей и луп. При этом на волшебнице был напялен противогаз, а поверх него — широкополая шляпа с пером.