Книга Снова 20 в Академии Магии, страница 42 – Дарья Адаревич

Роб идет рядом. Уверенный, спокойный, будто сам часть этой ночь. Его походка на первый взгляд – легкая, но каждое движение исполнено силы и внутреннего напряжения. И когда он останавливается на полянке в глубине сада, я невольно замираю рядом с ним, чувствуя, как от его присутствия ночь будто становится плотнее. А он так близко. Мне казалось, что время лечит. Оно должно лечить и стирать прошлое, стирать чувства, но не моем случае.

Роберт выпрямляется и тянет руку вперед. Вижу, как в его пальцах рождается свет — приглушенный, мерцающий, словно из самой ночи вырываются крохотные искры. В другой его руке замечаю портальный камень, гладкий, округлый.

Я украдкой смотрю на Роберта. При свете луны его лицо обретает почти мистическую красоту. Резкие линии становятся мягче, но в этой мягкости есть что-то опасное, завораживающее. Его скулы отбрасывают тонкие тени, нос кажется еще прямее, а губы — чуть мрачнее очерченными. Его губы, столько лет бывшие слишком далекие, теперь вот… рядом. Коснись и вернись в прошлое. Темные волосы, чуть растрепанные ночным ветром, блестят тихим лунным светом, и отдельные пряди падают на лоб. Но больше всего завораживают его глаза. Сейчас они глубокие, как сама ночь и светятся изнутри. Это не может быть правдой.

Я не могу оторвать взгляд. В груди горячо и тесно, хочется взвыть и рассмеяться, а потом проснуться и скорее забыть то, каково я себя чувствую рядом с Робертом.

— Я уже создал иллюзорный мир, – голос Роба глубокий, уверенный, и от него по коже пробегает дрожь. Он открывает портал, и пространство перед ним раздвигается, обретая форму светящейся арки. – Поможешь все тут обустроить? Нужен взгляд со стороны.

Я всего лишь взгляд со стороны? В это бы не поверил даже тот, кто видит нас впервые. Я киваю, хотя голос застрял где-то в горле. Хочется сказать многое: о том, что я чувствую, о том, как страшно и одновременно сладко находиться рядом с ним этой ночью. Но слова не идут. Все, что я могу сейчас — просто вдохнуть ночной воздух, почувствовать неровное биение сердца и позволить портальной магии затянуть меня внутрь.

Мы входим в круг портала одновременно. Мир вокруг взрывается светом, закручивается в вихрь и распадается на миллионы искр. Я не успеваю сделать вдох — и уже стою в пространстве сноведений.

Когда-то я считала подобные места настоящим чудом, а сейчас, зная, как работает иллюзорная и портальная магия вполне могу себе представить, как здесь все работает и будет работать.

Роберт прохаживается по белому пространству, в котором пока нет ничего кроме холодного кафеля и расставляет руки в стороны.

— Вот и он! – объявляет Роберт. – Наш мир для допроса.

— Ты хотел сказать опроса? Расследования?

— Я хотел сказать: «Допроса»! Прекрасное слово, пусть и звучит слишком для твоих нежных ушей.

— Мои нежные уши и не такое слышали.

Воздух здесь густой, теплый, он не просто касается кожи — он обволакивает, словно мягкое пуховое одеяло. Каждый шаг будто продавливает невидимую гладь — под ногами кафель растекается, превращаясь в нечто прозрачное, как вода, но твердое, как камень. От моих шагов расходятся круги, быстро угасающие, но прекрасные. Здесь нет солнца, нет теней. Пустота. Мир, который только предстоит создать.

— Что здесь будет? – наконец поворачиваюсь на Роберта и замираю.