Книга Его сбежавшая Принцесса, страница 52 – Дарья Адаревич

— Ты написала стихи про убийство, потом, притворившись мной, убила человека и обвинила в своем злодеянии невиновную женщину, мать, — сказала я, — такие люди не должны жить. Поэтому я заберу вас. Заберу для того, чтобы спасти еще хоть что — то, что осталось от ваших душ. Заберу до того, как вы окончательно превратились в чудовищ!

Эд запустил в комнату больше дыма. Я успела задержать дыхание, а остальные не успели. Староста и его любовница закашляли.

— Прости! — кашляли они, — помилуй, помилуй, мама.

— Как ты смеешь звать меня мамой после всего! — разозлилась я.

— Мама, не надо, не забирай меня. Ты пела мне колыбельные в детстве, ты играла со мной, — староста подошел ближе, он молил о пощаде.

Но я оставалась холодна. Сейчас, стоя над старостой и его подружкой, в дыму, в огне, я ощутила невероятную силу. Любое волнение ушло, меня окутало спокойствие и уверенность. Ты прав, Эд, я актриса.

— Этот ребенок был мне сыном, — сказала я старосте, — этот ребенок мог стать хорошим человеком, а ты уже не сможешь. В твоей душе живет слишком много желчи. Таким нельзя жить. Нельзя.

Тут Эд снова загремел и снова пустил дым.

— Мы во всем сознаемся! — заверил староста, — во всем!

Я наигранно задумалась. Сквозь огонь подошла ближе, наклонила голову.

— Казнь завтра на рассвете, — сказала я спокойно, — если ты не успеешь, то я приду за тобой завтра в полночь. За вами обоими. Тогда вы сгорите заживо. Ваша кожа будет медленно слезать с черепов, глаза вытекут, кости превратятся в угли. Будет стоять смрад на всю деревню. Успей до рассвета, если хочешь жить.

Эд снова пустил дым. На этот раз очень сильно, так что дым заполонил всю комнату, а я успела выйти незамеченной. Только я ступила за порог, как ноги подогнулись. К счастью, меня поймал довольный Эд.

— Ты великолепна, — сказал он мне, отводя за горящий дом.

Огонь разрастался, и вскоре из дома выскочили кричащие староста и его подружка. Они ругались друг на друга, обвиняли в убийстве. И так же продолжая ругань, они помчали в город. Дом догорал. Вокруг оранжевое пламя. И в этом пламени Эд и я. Сердце колотилось, как безумное. Я не верила в произошедшее, не верила, что могла пойти на такое, не верила, что могла так сыграть. Меня трясло.

— Ты умница, — сказал Эд, прижимая меня к груди, — ты умница.

— Они сознаются?

— Куда ж денутся.

— Почему ты так думаешь?

— Люди боятся умирать, тем более так страшно, как описала ты.

Я подняла голову и попыталась улыбнуться. Вышло дергано.

— Ты умница, — повторил Эд и поцеловал меня.

Это был другой поцелуй. Страстный, горячий, отчаянный, восторженный. Я задыхалась и знала, что Эд тоже задыхается. Нереальный момент. Все в огне. И мы. Эд и я. Захотелось остаться в этом моменте навечно. Навечно… Эд разорвал поцелуй.

— Моя девочка, — прошептал он мне в губы, — великолепная девочка. Какая была игра. Ты напугала даже меня. Напугала, ты знаешь?..

— Я и сама испугалась, — призналась я.

— Как же я жил без тебя?

— Не так интересно?

— Это уж точно…

А как я жила без тебя, Эд? На самом деле с момента нашей встречи, все изменилось. Все. И теперь уже я поцеловала Эда.

Сначала мои руки лежали на его шее, потом поползли выше, зарываясь в кудрявые волосы. На губах вкус костра и страсти. Мы целовались, и были в этом поцелуе полностью, поглощенные с головой.