Книга Линия иной судьбы 4, страница 65 – Дмитрий Соловей

Директор, как старый производственник, мгновенно оценил техническую суть проблемы.

— А наш полиэтилен… — медленно произнёс он, улавливая мою мысль.

— А наш полиэтилен низкого давления не бьётся, не боится вибрации, не трескается от замёрзшей воды и весит в пять раз меньше стекла, — уверенно продолжил я. — Форма для такого бачка простейшая, обычная прямоугольная или округлая канистра. Её наши инструментальщики за неделю выточат. Мы можем предложить ГАЗу готовое решение. Представляете, какой вес с автомобиля можно снять, если заменить всю эту тяжёлую арматуру?

Николай Степанович хмыкнул и задумался. Было видно, как в его голове крутятся шестерёнки. Стать поставщиком ГАЗа — это вам не мыльницы прессовать. Совсем другой уровень снабжения, фондов и лимитов.

— Бачки, говоришь… — директор достал из стола чистый лист. — Молодец, Жериков. Пакеты пускаем в дело немедленно, а по бачкам… Пиши-ка ты, Валя, подробную техническую записку. Я её завтра же спецпочтой отправлю лично главному инженеру ГАЗа. Посмотрим, как они там, в своём Горьком, умеют считать народные деньги.

Правда, как ни торопил меня директор, на следующий день отправить записку не получилось. Рассудив здраво, мы решили не ограничиваться одними словами, а предоставить образец материала и чертежи. Я всё-таки не инженер, поэтому эту часть передали более компетентным людям. Зато свойства полиэтилена я расписал подробно. Дома на своей машинке сразу распечатал всё в трёх экземплярах.

Заодно оформил предложение для Грозного. Экономисты ЗИПа должны были посчитать, во сколько обойдётся фасовка гидрогеля в полиэтиленовые мешки примерно по десять килограммов.

При плёнке около 80–100 мкм на такой мешок уйдёт приблизительно 70–100 грамм полиэтилена. Даже если условно заложить около одного рубля за килограмм сырья, материал даст всего 7–10 копеек. Остальное — выдув плёнки, раскрой, сварка швов, электроэнергия, амортизация оборудования и рабочая сила. Себестоимость мешка насчитали около десяти копеек.

Поскольку я сам внедрял упаковочные мешки для гидрогеля в Грозном, то прекрасно знал их себестоимость. Она у них получалась двадцать пять копеек за штуку. Эти сведения я и донёс до директора ЗИПа, ничуть не стесняясь. А нечего было Пал Палычу артачиться! Не захотел нам отгружать гидрогель, так сказать, «по знакомству», вот пусть теперь и платит за полиэтиленовый мешок двадцать копеек.

В любом случае это получалось дешевле, чем имеющаяся у него упаковка. К тому же полиэтилен ни в какое сравнение не шёл по лёгкости и удобству использования. На сто тысяч мешков экономия составит тысяч пять рублей. Это вполне серьёзный аргумент для планово-экономического отдела.

Снова меня отправляли в Грозный. Похоже, что в институт я реально раньше середины ноября не попаду. То одно всплывает, то другое.

В этот раз я тащил с собой «подарки». Рулон готовой плёнки и машинку для нарезания и сварки швов. Примитивную, сляпанную заводским сварщиком из отходов, но вполне рабочую.

По сути, конструкция была незатейливой. Рулон устанавливался на ось, после чего полотно протягивалось через направляющие к рабочему столу. Нагреваемая металлическая планка с узкой плоской кромкой прижимала полиэтилен и за несколько секунд сплавляла его в месте шва. Правда, тут крылся один подвох, который на ЗИПе мы решили не сразу.