Книга Линия иной судьбы 5, страница 21 – Дмитрий Соловей

** Да, для меня это тоже сюрприз. Кажется, что шампуни «были всегда», но оказывается первые отечественные шампуни в СССР появились в начале 1960-х годов. До этого массового производства жидких средств для мытья волос в стране не было. Имелись привозные и те, что изготавливали очень малыми партиями.

*** Классический объем оригинальной контурной бутылки Coca-Cola тогда составлял всего 0,19 литра.

Ключи и от ворот, и от времянки у меня были с собой. День стоял будний, так что Валентины Ивановны дома не оказалось. Предупреждать её заранее телеграммой я не стал. Она знала о моих планах, к тому же домик теперь был мой. Мы были просто соседями, сообща владевшими частью двора с воротами. Так что отчитываться о своих действиях я не обязан.

Парни пришли в бурный, совершенно неописуемый восторг от всего, что увидели. Толком припарковаться мне не дали. Едва я остановился, как принялись вытаскивать из багажника продукты и вещи. Я сначала не понял, чего это они так засуетились. Оказалось — спешили бежать купаться!

— Валя, давай быстрее, ну ты чего там застрял⁈ — нетерпеливо кричал Васька.

— Успеем. Море не убежит, — попытался я отшутиться.

Да куда там! Рассматривать место жительства парни не стали, решив, что это всё вторично по сравнению с курортным отдыхом. Еле уговорил их взять с собой пирожки и бутылку лимонада. Одной, конечно, было мало, но больше у нас не осталось. Потом нужно будет где-нибудь купить.

Я сложил в пляжную сумку, которой пользовались мама и бабушка, полотенца и перекус, а затем пошёл переодеваться. Борис тоже сообразил, что сандалии для пляжа подойдут лучше, чем туфли. В итоге задержались ещё минут на пятнадцать.

Спускаться с Толстого мыса прямо к воде я парням не позволил. Местные, безусловно, где-то здесь купались, но мы пойдём на городской пляж.

По дороге встретили «организованных» курортников-путёвочников. Для них как раз приближалось время обеда, и отдыхающих, словно пионеров в лагере, уводили с пляжа строем под предводительством женщины в белом халате и с блокнотом в руках. Зрелище меня удивило. Возможно, Васька видел нечто подобное в Анапе, но я столкнулся с таким впервые. Мужчины поголовно были в одинаковых, выданных санаторием пижамах в полоску и белых полотняных панамах. Женщины шли чуть позади — в ситцевых сарафанах и с огромными соломенными шляпами.

— Товарищи отдыхающие, не растягиваемся! — скомандовала женщина-вожак, обернувшись на ходу. — После обеда у вас — мёдолечение и тихий час!

Васька с Борькой остановились, заворожённо глядя на это полосато-панамное шествие.

— Ого, — Боря округлил глаза. — Валя, это что, у них тут режим такой?

— Это называется «профсоюзное оздоровление», — пояснил Василий. — У них там всё по часам: подъём, кефир, клизма и строгий учёт. Зато у нас — полная анархия и вольные хлеба! Всё, поспешим!

Разделение на пляж для «диких» и «организованных» курортников было, но места вполне хватало. Мне пляж показался полупустым, а Борька аж присвистнул, впечатавшись количеством лежащих на берегу тел.

А между прочим, сейчас было самое пекло. Народ усиленно впитывал солнечное излучение, явно стараясь загореть как можно сильнее. По-хорошему, и нам бы приходить попозже, когда уже не так печёт. Но разве удержишь этих двоих, дорвавшихся до моря?