Онлайн книга «Восхождение Морна. Том 12»
|
И сказано это было тоном обычной девчонки, у которой прямо из-под носа умыкнули желанную вещь, причём сделал это тот самый человек, который секунду назад сам же её и показал. Внутри царапнуло чувство неловкости. — Знаю, — я вздохнул и чуток смягчил тон. — Будет тебе Северцев. Не именно этот клинок, так найдём другой. — Мастер уехал в Азиатские королевства… — буркнула она, продолжая смотреть перед собой. — Значит, появится отличный повод съездить за границу. Вика демонстративно фыркнула и окончательно отвернулась к сцене, хотя уши у неё остывать не спешили. А снизу уже вовсю гремел поставленный голос Модеста Карповича: — Лот номер девятнадцать! Наруч бронзовый, старинной работы, сквозная трещина по корпусу. Свойств не выявлено. Начальная цена — всего восемь золотых! Аукционист только занёс молоток, готовый принять первую ставку, как из-за кулис к нему торопливо выскочил молодой помощник. Парень буквально на ходу влетел на сцену, пригнулся и что-то быстро, задыхаясь, зашептал Модесту Карповичу прямо на ухо. Лицо аукциониста на мгновение подёрнулось недоумением, но он мгновенно взял себя в руки, выпрямился и с виноватой улыбкой поднял ладонь к залу: — Приношу свои глубочайшие извинения, господа! Но в ходе дополнительной проверки выяснилось, что лот имеет скрытый дефект, не позволяющий выставить его на торги. Лот девятнадцать снимается с аукциона! Большинству гостей в партере было глубоко плевать — какая-то треснувшая бронзовая железка за восемь монет никого не волновала. Народ уже потянулся к бокалам, возобновляя прерванные разговоры, но в левом углу неожиданно возник шум. Троица мутных типов, сидевших на самых крайних рядах, синхронно поднялась со своих мест. Выглядели они разношёрстно, но держались единым кулаком. Один из них, сухой и высокий, сцепив пальцы на спинке переднего кресла так, что посинели костяшки, рявкнул на весь зал: — Вы нарушаете правила торга, Модест Карпович! Лот был заявлен, стартовая цена озвучена! Вы не имеете права снимать вещь после начала торгов! Продавайте как есть, мы заберём её даже с дефектом! Зал мгновенно притих, подавившись неначатыми разговорами. На закрытых императорских аукционах так себя не вели — это был прямой выпад и хамство, от которого у половины местной знати вытянулись лица. — Требуем продолжения торга! — подхватил второй, нагло делая шаг прямо в центральный проход. — Если лот выставили, он должен быть продан! Или Гильдия Оценщиков теперь сама решает, кому продавать артефакты, а кого оставлять ни с чем⁈ По партеру прошёл возмущённый рокот. Аукционист заметно напрягся, его вежливая улыбка превратилась в тонкую бледную линию, но он упрямо качнул головой, снова и снова повторяя отказ. Распорядители у дверей уже потянулись к оружию, готовые вышвырнуть крикунов. В этой разгоравшейся перепалке мой взгляд зацепился за третьего из них — крепкого молчуна в глухом тёмном костюме. Пока его подельники устраивали громкое шоу и отвлекали на себя внимание охраны, он единственный стоял неподвижно и не уронил ни единого слова. Словно почувствовав на себе мой взгляд, он медленно приподнял подбородок и уставился прямо в полутьму нашей ложи. На какую-то долю секунды между нами натянулась тонкая нить контакта, и в этот краткий миг я разглядел то, что скрывалось за его спокойствием. В самом центре его зрачков, прямо поверх радужки, вспыхнула и тут же истаяла серыми искрами пепельная магия… |