Онлайн книга «Восхождение Морна. Том 12»
|
И вот именно в этот момент до меня наконец доперло, что ему вообще плевать на клинок Северцева. Мы оба прекрасно понимали максимальную цену этого артефакта, и оба знали, что оппонент далеко не идиот. А значит, Мозырю требовался ответ всего на один вопрос: на какой цифре сломается дерзкий чужак, который вчера при всем честном народе выставил его хваленую Палату Оценщиков сборищем криворуких недоучек. То есть устроил мне проверку на вшивость, да ещё и «в прямом эфире». Ну-ну, дедуля, не на того напал. Тем временем Модест Карпович впервые за торги оказался абсолютно бесполезным ископаемым. Он только и успевал мотать своей лысой головой из стороны в сторону, пока мы перекидывались ставками. Ни затянуть паузу, ни вставить свое веское слово ему просто не давали. Сизый за моим плечом крутил головой в точно таком же дурацком ритме, отчего они с аукционистом смахивали на пару унылых зрителей на финале теннисного турнира. — Братан, — просипел Сизый мне в затылок, — я сбился. У кого сейчас больше? — У деда, — выдохнул я, не спуская взгляда с Мозыря. Деревянные перила под пальцами Вики хрустнули. Девчонка так засмотрелась на нашу дуэль, что от нарастающего азарта слегка потеряла контроль над своей гравитацией, и дубовый поручень под её ладонями прогнулся, готовый пустить трещину. — Не отдавай, — шепнула она пересохшими губами. Я и не собирался слазить с дистанции. До лимита в девяносто монет у меня оставался запас ещё на двадцать золотых. У старика, судя по расчету, ровно столько же. Вопрос только, на какой сумме это всё закончится… Я уже набрал полный рот воздуха, чтобы выдать «семьдесят пять» и… тупо не успел. Двери партера распахнулись так, будто их выбили с ноги, и в зал под тяжелый грохот сапог вломился караул. Шестеро гвардейцев в парадных мундирах резво разошлись вдоль прохода. Старший рявкнул что-то неразборчивое, и две сотни местных купцов, которые секунду назад боялись лишний раз вздохнуть, дружно подорвались со своих кресел. Поднялся даже балкон Оценщиков, причём Пафнутьев выскочил первым и вытянулся с таким дурным усердием, что у него едва пуговицы с жилета не повылетали. А-а-а, ну понятно. Полковник Стрешнев прибыть изволил. Комендант неторопливо шёл по проходу при полном параде, сухо раздавая кивки направо и налево. Человек отлично знал свой вес в этом городе и понимал: пока он не усядется в ложу, весь этот праздник жизни будет висеть на паузе. Модест Карпович так и застыл на трибуне с поднятым молотком, не смея даже стукнуть. Зато по роже аукциониста было видно, о чём он думает. С одной стороны, ему только что обломали идеальный торг на самом вкусном месте. С другой — глава Гильдии Оценщиков и Морн прямо на глазах у всего зала сцепились за какую-то безымянную железяку. И если дать публике пятнадцать минут перевести дух и как следует перемыть нам кости, то после перерыва за этот нож начнут воевать даже те идиоты, которые пришли сюда за каким-нибудь ширпотребом. Торгашеская жилка сработала моментально. — Господа! По случаю прибытия господина коменданта объявляется перерыв на четверть часа. Лот восемнадцать, ставка семьдесят золотых за господином Мозырем. Торг будет продолжен после перерыва! Вот ведь жук… Зал моментально загудел, и обсуждение пошло ровно в том русле, которого я и опасался. Народ в партере только и успевал крутить головами, смотря то на нашу ложу, то на Мозыря, то на слугу, который уносил со сцены подушку с оружием. Ещё минуту назад эта железяка интересовала только нас двоих. Через пятнадцать минут она понадобится вообще каждому дворянину и купцу в этом зале. В итоге реальный потолок в девяносто золотых легко превратится в триста, как это уже было с амулетом. |