Книга Восхождение Морна. Том 13, страница 123 – Сергей Орлов

Мездрин тут же засуетился, с порога начав рассыпаться в любезностях:

— Господин Обухов, вот, я привёл… Как вы и просили, всё передал слово в слово, Артём Родионович лично прибыл…

— Закрой рот и исчезни отсюда, — перебил его Обухов, даже не повернув головы. — Пошёл вон.

В прошлом Мездрин вылетел бы из этого кабинета пробкой, сшибая косяки от страха перед авторитетным купцом. Однако сейчас произошло кое-что, что по-настоящему удивило Обухова.

Мездрин тупо застыл на месте. Мужик побледнел, вжал голову в широкие плечи, но остался стоять там, где стоял. Вместо бегства к двери он медленно, с первобытным опасением перевёл взгляд с насупленного Обухова на меня.

Сорокалетний битый деляга уже успел на собственной шкуре прочувствовать, кто я такой, и мгновенно расставил жизненные приоритеты. Обухов мог максимум спустить его с лестницы, а вот от меня сейчас напрямую зависела его будущая спокойная жизнь. Так что животный страх перед возможностью испортить со мной отношения напрочь перекрыл ужас перед хозяином этого дома.

Я выждал паузу, наслаждаясь возникшим замешательством Обухова, и только потом чуть заметно кивнул Мездрину:

— Свободен. Жди меня снаружи.

Только услышав моё разрешение, мужик сработал как заведённая пружина. Он мгновенно боком вильнул к выходу, юркнул в щель и бесшумно прикрыл за собой тяжёлую дверь.

Аполлон медленно опустил трубку. Его густые брови сдвинулись к переносице, а в жестких глазах вспыхнул цепкий, въедливый интерес. Он очень внимательно зафиксировал эту сцену и понял всё без лишних слов. Разговор уже начался не по его сценарию.

Обухов не спешил начинать разговор. Он медленно выпустил под потолок густое сизое кольцо дыма из своей длинной трубки, изучающе разглядывая меня сквозь мутную завесу. Этот волчара пытался задавить меня авторитетом и заставить чувствовать себя провинившимся мальчишкой на ковре у грозного хозяина.

Вот только мне было плевать на его манипуляции. Я спокойно уселся в глубокое кресло напротив его стола, закинул ногу на ногу и ответил ему тем же ровным, непроницаемым взглядом. Ни суеты в движениях, ни попыток выказать лишнее уважение. Полное спокойствие.

Секунды текли в абсолютном молчании. Обухов ждал, пока я занервничаю и начну разговор первым, а я просто наблюдал за тем, как сгорает табак в его трубке. Постепенно до купца дошло, что дешевые психологические фокусы со мной не работают от слова совсем и на его суровом лице мелькнула короткая, уважительная усмешка.

Аполлон медленно опустил табачную трубку на дубовую столешницу, тяжело качнул массивной головой и пробасил, обращаясь словно в пустоту:

— Чёрт побери… Мне бы такого сына. Ума не приложу, как Родион смог проморгать такое дарование.

Лесть прозвучала неожиданно, но бдительность я не потерял. Старый волк просто сменил тактику и решил зайти с фланга, поэтому я лишь чуть приподнял бровь, сохраняя абсолютно непроницаемое выражение лица.

— И вы пришли к такому выводу по одному лишь взгляду на меня?

Обухов хмыкнул.

— По взгляду, по манере держать себя и по слухам, которые крутятся вокруг твоей персоны последние полгода. Ты хоть знаешь, каким прозвищем успел обзавестись в народе?

— И каким же?

— Истинный Морн, — купец затянулся, с наслаждением выдохнул густое сизое облако дыма и снова усмехнулся. — Местные простаки искренне верят, будто ты заботишься о бедняках и помогаешь слабым. Думают, что для тебя нет авторитетов и даже сам Император тебе не указ.