Книга Восхождение Морна. Том 13, страница 122 – Сергей Орлов

Если я вспылю, устрою скандал, попру на рожон и начну махать кулаками или сыпать угрозами, то автоматически стану в его глазах импульсивным идиотом с горячей головой. А доверять крупные финансовые потоки и рискованные схемы дураку, который не умеет держать себя в руках, банально опасно — сгорит сам и утопит всё дело при первых же серьёзных неприятностях.

Ну а если я начну вилять, юлить и передавать ответы через того же Мездрина, то лишь зафиксирую за собой статус труса, который до смерти боится прямого разговора с сильным игроком. В таком раскладе Аполлон сделку со мной, может, и проведёт — деньги-то не пахнут, — но по ценам и условиям нагнёт так, что я ничего толком не заработаю.

Да уж… Иногда я даже не знаю, радоваться мне своей опале или нет. С одной стороны, будь я всё ещё официальным наследником рода, ни один местный купчишка не посмел бы меня «щенком». А с другой стороны, без родового щита за спиной всё хотя бы предельно честно и наглядно: сразу видно, кто и кем тебя считает на самом деле, без лицемерия и фальшивых реверансов.

Как бы там ни было, Обухов-старший почему-то решил, что перехватил инициативу и загнал меня в угол. Вот только мужик явно просчитался и забыл простую истину, что на любую хитрую проверку всегда может найтись ещё более хитрозадая и зубастая цель эксперимента. И в этот раз Аполлону откровенно не повезло с объектом для опытов.

— Не трясись ты так, Мездрин, — я поднял руку, подзывая проходящего мимо официанта. — Твоя доля останется при тебе. Я прекрасно знаю, как именно нужно решать подобные вопросы.

Я расплатился по счёту, оставив на подносе солидные чаевые, после чего повернулся к Вике.

— Не забудь про мою просьбу, — напомнил я. — Мира может наделать глупостей, а нам сейчас это нужно меньше всего.

— Хорошо. А ты смотри не заиграйся с Обуховым, — строго качнула головой Вика, сощурив глаза. — Я про него кое-что слышала и точно могу сказать, что он ещё та пиранья.

О! Получается, в этом мире есть эти зубастые красавцы. Любопытно.

— Ну… тем интереснее будет рыбалка, — ухмыльнулся я, поднимаясь из-за стола и кивая замершему в стороне Мездрину. — Веди, проводник. Пойдём наносить визит вежливости нашему несговорчивому местному авторитету.

Вика осталась за столиком, а Мездрин тут же подхватился и семенящей трусцой припустил к выходу из ресторана, постоянно озираясь, будто боясь, что я передумаю.

Мы покинули «Золотую стерлядь» и без лишней суеты наняли закрытый экипаж. Добирались быстро, практически без разговоров — Мездрин сидел напротив меня тише воды ниже травы, вжавшись в сиденье и судорожно прокручивая в голове предстоящий расклад. Вечерний Жаровск пролетал за окном в сполохах магических фонарей, пока экипаж не затормозил у внушительных ворот обуховской резиденции.

В сам кабинет Аполлона Обухова мы попали без лишних церемоний, долгих ожиданий и привычной для таких домов показухи. Никаких тебе прогулок по богато обставленным коридорам, разглядывания дорогих картин на стенах или светских расшаркиваний с прислугой — сразу в пекло, сразу к делу.

Внутри всё выглядело дорого, массивно и внушительно. Вся обстановка подчеркивала статус хозяина, его деньги и реальное влияние в городе.

В центре возвышался тяжелый дубовый стол, заваленный папками, документами и кожаными фолиантами. За ним восседал хозяин всего этого великолепия — грузный, крепкий мужик лет сорока с небольшим, с тяжёлым подбородком-наковальней и цепким, холодным взглядом. Аполлон сидел в глубоком, обитом кожей кресле, неторопливо раскуривая длинную трубку и всем своим видом демонстрируя абсолютное хозяйское превосходство над каждым квадратным метром этого дома.