Книга Воздушная кавалерия. Том 2, страница 89 – Джек из тени

— Цель? — голос барона был тихим и вкрадчивым, как шелест шелка.

— «Лисья Нора».

Барон медленно положил сигару на край пепельницы.

— Подробности.

— Он планирует фланговый удар. Считает это своим гениальным ходом. Говорил о «решающем ударе», похоже, на этот раз Корпус жандармерии настроен серьезно. Срок через семь дней.

В кабинете повисла тишина, настолько плотная, что, казалось, ее можно было потрогать. Степан стоял неподвижно, ожидая. Барон медленно поднялся из-за стола и подошел к огромному, от пола до потолка, окну, за которым чернела беззвездная ночь. Он долго смотрел на невидимый город, заложив руки за спину. Затем медленно повернулся, и в полумраке блеснули его глаза. На его губах играла легкая, почти веселая улыбка.

— Прекрасно, — сказал он. В его голосе не было ни тревоги, ни удивления. Только холодное, хищное удовлетворение. — Передай нашим друзьям в «Норе», чтобы готовили гостям теплый прием.

Я вошел в штабной зал для брифингов, и меня тут же окутал густой, спертый воздух чужой власти. Пахло свежим лаком для паркета, дорогим табаком и концентрированным, почти осязаемым самодовольством. За длинным столом, покрытым зеленым сукном, уже сидели офицеры. С одной стороны холеные, лощеные штабные крысы из свиты Орлова, с другой хмурые, обветренные лица командиров из роты разведки во главе с капитаном Соколовым. Мои сержанты Матвеев, Хмырь и Ворон, вошли за мной и встали у стены, как три гранитных изваяния, всем своим видом демонстрируя, что они здесь со мной, но не с ними. Мы были чужеродным элементом в этой тщательно срежиссированной постановке.

В центре, во главе стола, стоял капитан Глеб Орлов. В идеально отутюженном парадном мундире, от которого, казалось, исходило сияние, он походил на оперного тенора, готовящегося исполнить свою главную арию. Он с видимым наслаждением раскладывал на столе большую, потрепанную карту, разглаживая несуществующие складки. Его движения были театральны, рассчитаны на публику. Он был звездой, и это был его бенефис.

— Господа офицеры! — его голос, намеренно поставленный и громкий, заставил всех замолчать и повернуться к нему. — Прошу внимания!

Он взял в руки длинную деревянную указку и с пафосом ткнул ею в центр карты.

— Перед нами стоит задача государственной важности! — вещал он, обводя нас горящим взором. — В этом гадюшнике, — указка с силой ткнула в район, обозначенный как «Лисья Нора», — окопались не просто контрабандисты. Там сидят предатели Родины, покусившиеся на самое святое, на мощь нашей Империи! Наша задача вернуть похищенное и вырвать эту занозу из тела Отечества!

— Командир, уровень пафоса в его речи превышает плотность атмосферы Юпитера, — прошелестел в моей голове саркастичный голос Алисы. Ее аватарка, одетая в строгую форму штабного аналитика, сидела за виртуальным столом и скептически постукивала карандашом по планшету. — Анализ его «плана» показывает… о боги, он использует карту пятилетней давности!

Я и без нее это видел, карта была не просто старой, она была безнадежно устаревшей. На ней «Лисья Нора» была обозначена как несколько заброшенных строений. Никаких укреплений, никаких дотов, никаких минных полей, которые я четко видел на снимках со своих беспилотников.

Да, я успел полетать над непроходимым лесочком. Полковник даже не удивился, когда я завалился к нему с этой просьбой. Молча выписал мне бумажку, от которой офигел пилот разведывательной машины. Мы кружили на верхушками ёлок почти четыре часа, пока мои мелкие беспилотники выжимали из меня все соки, но в итоге дали нормальное понимание, что происходит на земле.