Книга Воздушная кавалерия. Том 4, страница 115 – Джек из тени

В операционную, толкнув всех, вошли двое. Это были Кинетики медицинской службы. Мужчина и женщина, оба в звании майоров, их лица были спокойны и сосредоточены. Не говоря ни слова, встали по обе стороны от операционного стола. Их руки вспыхнули мягким, зеленым светом. Сотни тончайших, как паутина, нитей Пыли отделились от их ладоней, проникая в тело Кирилла, начиная свою невидимую, кропотливую работу. Для обычного человека это выглядело как магия, но для них это была высокоточная хирургия на клеточном уровне.

— Разрыв брюшины, двенадцать сантиметров. Множественные гематомы. — без эмоционально докладывал мужчина.

— Фиксирую некроз почечной ткани, — вторила ему женщина. — Повреждение вызвано концентрированным выбросом «грязной» Пыли. Восстановлению не подлежит, приступаю к формированию нового органа.

Часы тянулись, как вечность. Елена сидела в коридоре, сцепив руки в замок. Она отказалась уезжать, отказалась от успокоительного, просто сидела и смотрела на закрытую дверь операционной. Ее отец давно уехал, нужно было улаживать политические последствия дуэли. Операция длилась почти шесть часов. Когда дверь наконец открылась, и из нее вышел один из медиков-Кинетиков, Елена вскочила.

— Что с ним, доктор⁈

Майор, высокий, уставший мужчина, снял маску.

— Состояние стабильно тяжелое. Мы остановили кровотечение и, скажем так, провели капитальный ремонт. Но… — он сделал паузу, подбирая слова. — Его тело подверглось воздействию мощнейшего пылевого излучения. Что-то вроде радиации, если вам так будет понятнее. Это вызвало каскадный отказ органов, мы сделали все, что могли. Теперь все зависит только от его организма. И от того, захочет ли парень жить.

Елена добилась, чтобы ее пустили в палату. Это была отдельная палата интенсивной терапии, лучшая в Академии. Кирилл лежал на кровати, опутанный проводами и тонкими трубками. Его дыхание было ровным, но поверхностным. Он спал, но это был не целительный сон, а глубокое, почти коматозное забытье.

Елена не отходила от него ни на шаг. Она добилась, чтобы в палату поставили еще одну койку, и все эти дни жила там. Читала ему вслух книги, рассказывала новости, просто держала его за руку, чувствуя слабое биение пульса. Врачи приходили и уходили, качали головами, говорили что-то про уникальный случай и невероятную волю к жизни.

На третий день к ней зашел главный врач госпиталя, тот самый полковник.

— Графиня, — начал он мягко, — я понимаю ваше беспокойство. Но мы до сих пор не можем понять природу повреждений. Сканеры показывают следы воздействия артефакта колоссальной мощности. Причем двойного воздействия: сначала внешнее, а потом внутренний выброс, словно артефакт взорвался прямо рядом с ним. Где, позвольте полюбопытствовать, капитан Строганов мог получить такую дозу за столь короткий срок? Это не похоже на боевое ранение. Это похоже на…

Елена вежливо улыбнулась, хотя внутри у нее все похолодело. Рассказать правду она не могла. Это означало бы выдать Кирилла, подставить своего отца, начать новое расследование.

— Простите, полковник, — сказала она, глядя ему прямо в глаза. — Но обстоятельства, при которых капитан получил эти ранения, являются военной тайной.

Она ожидала недоверия, дальнейших расспросов, но к ее удивлению, полковник кивнул с пониманием.