Книга Время, вперед!, страница 140 – Артём Март

Ашур медленно развернулся лицом к советским офицерам. Он выпрямился во весь свой немалый рост, расправил широкие плечи. Заискивающая, рабская улыбка мгновенно исчезла с его лица. Маленькие черные глаза вспыхнули бешеной, торжествующей ненавистью. Это был триумф. Его личный триумф над шурави.

Ашур резко, изо всей силы дернул за чеку, привязанную к леске, спрятанной в левом рукаве. Короткая игла тут же выскочила из проушин.

Внутри жилета, прямо у самой груди, раздался сухой, четкий хлопок запала. Капсюль-детонатор гранаты-активатора сработал как надо.

Пастух зажмурился от предвкушения вспышки. Он приготовился раствориться в огненной волне. Приготовился взлететь на воздух вместе со всеми этими ненавистными шурави.

Секунды потянулись медленно. Они превратились в какой-то вязкий, густой кисель. Вдох. Выдох. Рев боевых машин на мосту продолжался в прежнем ритме. Солнце все так же припекало его лысину через ткань чалмы. Ветер гонял серую пыль по сухой грунтовой дороге. Взрыва не было. Огня тоже не появилось.

Ашур в полном недоумении открыл глаза. Мир стоял на прежнем месте.

Все шурави были живы и здоровы. Они спокойно смотрели на него.

Пастух впал в полнейшее оцепенение. Настоящий ужас сковал его тело, лишил дара речи. Он судорожно дернул леску еще раз, рванул сильнее. Она просто ослабла в рукаве. Натяг исчез.

Гранаты по-прежнему молчали.

Пять кусков ребристого железа так и остались висеть на его груди бесполезным грузом.

К Ашуру медленно подошел Селихов. Лейтенант со шрамом даже не потянулся к своей кобуре, руки держал на виду. Окружающие их пограничники напряглись, сверля Ашура своими холодными взглядами. Свежевычищенные автоматы блестели в их руках от оружейного масла.

Лицо Селихова оставалось абсолютно спокойным. Даже холодным. Он глянул калеке прямо в глаза и очень буднично произнес:

— Что, Абдул-Халим? Осечка вышла? Похоже на то.

Пастух смотрел на него в диком, парализующем шоке. Он понял, что проиграл эту войну окончательно.

— Сидорчук, — бросил Селихов. — Взять его. Обезоружить и обыскать.

Пограничники тут же кинулись к Абдул-Халиму — человеку, который когда-то был знаменитым полевым командиром. Человеку, который вел когда-то переговоры с американцами и пакистанцами. Который участвовал когда-то в подготовке к провалившейся операции «Пересмешник». Человеку, который все потерял и превратился в простого оборванца по имени Ашур.

Пограничники грубо схватили его и уложили лицом в пыль.

Абдул-Халим больше не сопротивлялся.

* * *

Московский погранотряд. Несколько дней спустя

Кабинет подполковника Давыдова встретил нас привычным, насквозь казенным полумраком.

В комнате густо пахло старым сукном, крепким табачным дымом и остывшим чаем. На массивном деревянном столе, прямо поверх разложенных топографических карт, лежали кустарно скрученные брезентовые стропы.

Пять тяжелых изъятых у Абдул-Халима гранат Ф-1 тускло поблескивали своими ребристыми боками в свете настольной лампы.

Ковалев сидел на жестком стуле слева от меня. Его пальцы были судорожно, до белизны в костяшках сцеплены на коленях. Наш замбой до сих пор пребывал в некотором оцепенении после всего, что произошло у моста. Он шумно, прерывисто дышал, то и дело поправлял портупею. Я спокойно устроился на соседнем стуле.