Книга Осколок "Зеркала", страница 125 – Артём Март

Саша смотрел на него. Лицо особиста было непроницаемым. Ни намёка на вчерашнюю ярость. Только спокойная, деловая уверенность человека, который знает, что предлагает разумную сделку. И от этого было ещё противнее.

— Я не доносчик, — сказал Саша.

— Я не требую ответа сейчас, — Савельев чуть склонил голову. — Подумайте. Ваш брат рискует всем. А вы можете ему помочь. Просто будьте внимательны. На этом все.

Он развернулся и зашагал прочь, растворившись в тумане так же бесшумно, как появился.

Саша остался один. Он стоял у стены и чувствовал, как внутри поднимается горячая, тошнотворная волна.

Он не мог понять, что именно его так задело. То, что Савельев предложил ему стать доносчиком? Или то, что особист был прав — брату действительно нужна помощь.

Саша понимал, что если согласится сейчас играть по правилам особиста, позже Савельев не остановится только на этом.

И это злило Сашу.

Он выдохнул. Попытался взять себя в руки.

«Эмоции — плохой советчик», — вспомнились ему слова брата вдруг.

Но они не помогли. Не помогли, потому что злость не отступала.

* * *

Саша вошел в саклю, не глядя на Каримова.

Пришло время обеда, и он поставил миску с едой на пол. Пленных кормили хорошо. Саше казалось, что даже слишком. С другой стороны, и Каримов, и Грейвз были важными шишками. И оба майора КГБ явно очень старались, чтобы они добрались до кабинета следователя в целости и сохранности.

Саша выпрямился и уже повернулся, чтобы уйти. Каримов, сидевший теперь на единственном табурете, проводил его взглядом и негромко спросил:

— Что случилось?

Саша замер у двери. Не обернулся. Его спина напряглась.

— Не твоё дело.

— Конечно, не моё, — согласился Каримов. — Просто ты выглядишь так, будто тебя только что ударили. А я слышал, что здесь, кроме брата, тебя бить некому. Но брат бы не стал. Значит, тебе снова насолил кто-то другой.

Саша молчал. Каримов не торопил. Он ждал, и тишина в сакле становилась всё тяжелее. Наконец парень резко обернулся. Его глаза горели.

— Слушай, крыса, — разозлился Саша, — тебе не надоело ко мне лезть, а?

— Но… Но я не лезу, — Каримов изобразил удивление, — я просто хочу поговорить. Я ведь говорил, что тут совсем нечем заняться.

— Так найди себе занятие. Я не знаю… Крыс посчитай, или рис в своей каше. Но от меня отвянь.

— Мд-а-а-а… — повременив, протянул Каримов, — вижу, дело совсем плохо. Может… Может, я могу чем-то помочь? Не бойся, расскажи. Никто не узнает, что мы говорим и…

— Если ты не заткнешься, — выпалил Саша, — Савельев первым узнает, что ты больно языкатый! И уж тогда кляп будет тебе обеспечен, а я…

Саша осекся. Под взглядом Каримова.

— Вот значит как, — Каримов вздохнул. — Значит, ты шпионишь для нашего офицера особого отдела. Мда… Жаль.

— Че ты несешь⁈ Ничего я не шпионю!

— Нет? — Каримов снова якобы удивился. — А что? На месте майора Савельева я бы завербовал кого-нибудь в информаторы, чтобы знать, что на душе у пленных.

— Я не крыса! — выдохнул Саша, — и никому ничего не докладываю! Я солдат! Я десантник и я…

— В этом нет ничего страшного, — пожал плечами Каримов. — Я понимаю, что у тебя не было выбора. Таким, как Савельев, не отказывают.

— Я не крыса! — крикнул Саша и пнул миску Каримова.

Та отлетела в угол, расплескав жидковатую кашу. Глухо хлопнула о стену и перевернулась.