Книга Позывной: "Дагдар". Часть 2, страница 76 – Артём Март

— Так точно, — сказал я.

Веденин кивнул.

— Хорошо. Тогда отправляйтесь на отдых. Завтра днём — подготовка. Выходить же мы будем ночью.

Ранним утром двор заставы, как обычно, проснулся.

У оружейки мелькнул фонарь. Возле склада кто-то тихо матерился, волоча ящик. Дежурный бегал с таким лицом, будто ему очень хотелось понять, что вообще происходит. Правда, его никто не собирался посвящать в лишнее. Вдалеке сонный боец выглянул наружу из солдатской землянки. Увидел нас и тут же исчез обратно.

И только пограничные наряды, как всегда слаженно и в срок, уходили к постам и возвращались обратно.

Я стоял у стены склада и смотрел, как подходят мои добровольцы.

Первым пришёл Фокс. Пришел тихо, без лишней суеты. Выглядел он так, будто и не спал вовсе. Впрочем, он, скорее всего, действительно не спал. На плече автомат с оптическим прицелом, подсумки аккуратно подогнаны, чтоб не мешали двигаться, ремень затянут. Лицо у него было спокойное. Но глаза слишком внимательные. Такими глазами он привык смотреть на тропу, за поворотом которой мог сидеть душман.

— Артём Лисов, — сказал я Веденину. — Позывной Фокс.

Веденин посмотрел на него без особого выражения. Оценил, как сержант стоит перед ним «смирно».

— Почему Фокс? — спросил вдруг Мальцев.

Фокс перевёл на него глаза.

— Потому что рыжий был, товарищ старший лейтенант, — сказал Фокс, явно украдкой издеваясь над глупым вопросом старлея.

— Был?

— Был.

Мальцев хмыкнул. И больше ничего не сказал.

Следом подошёл Громила. Точнее, даже не подошёл, а будто вырос из серости предрассветных сумерек всей своей здоровенной тушей. Китель на нём сидел как всегда кое-как, ремень чуть перекошен, на щеке свежая ссадина, которую он, кажется, даже не замечал. Но оружие проверено, магазины в самодельной разгрузке на груди, вещмешок собран. На ремне большой неуставной нож в мягких кожаных ножнах. На ногах — не менее неуставные кеды.

Впрочем, майор, кажется, не обратил особого внимания на его неуставщину.

— Сергей Хворин, — сказал я. — Позывной Громила.

Веденин чуть поднял бровь. Глянул на Мальцева.

— Тут, я так понимаю, у тебя нет вопроса, почему Громила.

Мальцев скептически осмотрел неаккуратный китель рядового. Потом его решительную физиономию и сказал:

— В горах такому тяжело будет.

Громила посмотрел на него без злости. Даже почти добродушно.

— Мне везде тяжело, товарищ старший лейтенант. Я большой. Но справляюсь.

Фокс едва заметно отвернулся, пряча улыбку.

Я тоже сдержал усмешку. Громила, несмотря на то что вечно выглядел на долгом марш-броске так, будто вот-вот двинет кони, справлялся всегда. Да так справлялся, что другие могли только позавидовать. Духовитый парень.

Последним пришёл Горохов.

Шёл он медленнее остальных. Лицо у старшего сержанта было такое, будто он нажрался прокисшей сметаны с утра. Синяки на скулах и подбородке у него сошли ещё не до конца. Нос, кажется, всё ещё побаливал, потому что он приоткрывал рот, чтоб проще было дышать. Глаза у Горохова были усталые, но взгляд оставался твёрдым. И чем ближе он подходил, тем сильнее я чувствовал: для него этот выход значит больше, чем просто очередной приказ.

— Дмитрий Горохов, — сказал я. — Позывной Битый.

Горохов остановился в конце этой короткой шеренги. Вытянулся. Поздоровался с офицерами.