Книга Операция "Янус-1", страница 66 – Артём Март

* * *

— Вот это место, многоуважаемый Забиулла, — проговорил Халик, борясь с собственным дыханием. — Ниже спускаться мы не рискнули. У шурави наверняка есть дозоры в горах.

Забиулла прищурился и не тронул своего бинокля. Не тронул, потому что знал — в темноте он будет совершенно бесполезен.

Отсюда, с высоты скал, где он и ещё несколько его преданных людей наблюдали за лагерем шурави, колонна и советские бронемашины казались нагромождением бесформенных камней на дне ущелья.

Признаки какой-то деятельности выдавали лишь немногочисленные, тускловатые огоньки костров, что поблёскивали тут и там в лагере врага.

Забиулла скривил губы.

Он понимал, что американец здесь, внизу.

План Стоуна к бегству был внезапен и коварен. Разве ж мог Забиулла ждать от американца иного?

Пусть он считал, что держит Стоуна на коротком поводке, что читает бывшего агента ЦРУ как открытую книгу, но даже Забиулла, славящийся своей прозорливостью, не смог раскусить его игры. И это обстоятельство серьёзно ударило по самолюбию полевого командира.

И всё же кое в чём Стоун просчитался. Он не убил Забиуллу, а приказал лишь бросить его в одном из гротов, служивших складским помещением.

Забиулла понимал, что американец не хотел марать рук. Не хотел, чтобы Абдул-Халим обвинил его ещё и в убийстве своей правой руки. И всё же предусмотрительность американца сыграла с ним злую шутку.

Стоун, видимо, думал, что Забиулла навсегда останется в пещерах Хазар-Мерд, когда американец подорвёт входы. Однако всё обернулось иначе.

У Забиуллы оставались ещё верные ему люди. И Халик Ибн Фейзула был одним из них.

Забиулла и ещё пара десятков верных его людей успели покинуть пещеры до взрыва. По дороге сюда к его группе присоединились ещё два десятка моджахедов, тоже ищущих выхода из ущелья. А скольких подлецов, пошедших на поводу у Стоуна, Забиулла убил по пути сюда, он даже и не считал.

Однако среди той рвани попались двое очень интересных людей. Это были воины этого выскочки Мирзака. Оборванные, голодные и смердящие, как псы, они охотно рассказали Забиулле о некоем американце, которого пленила группа Мирзака до момента своего уничтожения. Предали своего командира в обмен на собственную жизнь и жидкую похлёбку.

И теперь Забиулла, во главе небольшой группы моджахеддин, пока остальные затаились в горах, наблюдал.

— Что будем делать, уважаемый Забиулла? — спросил Халик, посматривая на своих людей, что, словно тени, притаились за камнями. — Их много. У них бронемашины. Однако они чем-то заняты. Если пройдём мимо, они не заметят.

Забиулла ответил ему не сразу. Некоторое время он наблюдал за огоньками костров, что блестели в темноте дна ущелья, словно редкие звёзды на небе.

— Мы не пройдём мимо, — хрипловато процедил наконец Забиулла. — Мы будем ждать. Ждать и наблюдать, что же они сделают дальше.

Темнота вновь опустилась на долины и ущелья «Темняка».

Поднявшийся ветер хлопал брезентом, который пограничники натянули между БТР и сухоньким и мертвым, но достаточно крепким деревцем, растущим у склона. Тент поблескивал в отсвете стоящей на земле керосиновой лампы.

Когда Наливкин наконец позвал меня в импровизированную «комнату допросов», которую особисты распорядились соорудить здесь, у бронемашины, Стоун сидел на деревянном ящике из-под патронов.