Книга Меж двух огней, страница 113 – Артём Март

— Уж правду, говорят, — разулыбался Геворкадзе, поправляя пыльную панаму на голове. — Удивительный ты человек, Саня. Везде себе приключений найдёшь.

С этими словами он кивнул на девочку. Потом посерьёзнел.

— Ну а американец что, ушёл?

— Как остальной взвод? — проигнорировал я его вопрос. — Что Муха делает?

Геворкадзе вздохнул.

— Кое-как умудрились выйти на связь с командованием. Ну как выйти? Через Стаканова, передали сообщение о том, что вы взяли колонну. Муха распорядился организовать оборону. Сейчас занимается осмотром местности. Считает трофейное оружие. Тела обыскивает на предмет важных документов. Ну а меня, вот, за тобой послал. Приказал разыскать.

Геворкадзе помрачнел.

— Нервничал он сильно. Думал, ты с концами пропал. Что долго нету. Но ты знаешь, что я ему сказал? Что Саня Селихов — парень крепкий. Что одного американца мало, чтоб его со свету сжить.

Вдруг Махваш подёргала меня за брючину. Что-то сказала на дари.

— А что это она хочет? — спросил Геворкадзе. — По-нашему она не говорит, да?

— Не говорит.

Остальные пограничники посматривали на девочку с интересом, но по большей части молчали. Только изредка бросали друг другу едва слышные слова, смысла которых я не разобрал.

Девочка только недоверчиво покосилась на Геворкадзе.

— Ну что ты меня боишься? Ничего я тебе не сделаю! — разулыбался он и опустился на корточки. — Голодная, поди. На вот!

Сержант сунул руку в карман, звонко пошуршал патронами, которые носил там россыпью. Наконец нащупал и достал карамельку-рачок, протянул девочке.

Махваш насупилась, глянула на Геворкадзе исподлобья, а потом взяла и совершенно бесцеремонно сплюнула ему рядом с сапогом.

Геворкадзе рассмеялся, покачал головой.

— Норовистая какая зараза, а!

— Чужих не очень жалуют, — пожал я плечами.

— А какие ж мы теперь чужие? — Геворкадзе встал, заозирался, как бы ища среди пограничников подтверждение своим словам. — Раз уж эта девчонка от тебя беду отвела, так и никакие мы не чужие уже получаемся, а даже наоборот. Очень мы ей благодарны, за то, что она тебе подвернулась. Что из-за неё ты решил вернуться.

Я хмыкнул словам Геворкадзе и подумал о том, что в принципе в определённом смысле он прав. Что пусть решительная, но порывистая погоня за Стоуном была в большей степени решением, продиктованным эмоциями, а не холодным расчётом. Порывом, с которым эта девочка помогла мне справиться, напомнив, что есть вещи поважнее мести.

— Так какой Муха приказ поставил? — проговорил я, оглянувшись на горы.

Они, каменистые и безжизненные, высились над нами. Бугрившиеся тут и там скалы на их вершинах походили на древних, застывших в полудвижении гигантов. На склоне беспокойно выл ветер.

Геворкадзе посерьёзнел.

— Пока ждём приказания из мангруппы, — проговорил он. — Ждём, что начман скажет. А сколько этого приказания ждать, один только Бог знает. Но, надеюсь… — Сержант помрачнел ещё сильнее. — Надеюсь, торчать здесь и охранять колонну до прибытия подкрепления нам не прикажут.

* * *

У капитана Дениса Орлова, оперативника из представительства КГБ в Кабуле, было, если выражаться цензурно, препаршивейшее настроение.

Он выбрался из штабного УАЗика. Безуспешно попытался разгладить чистую, но помятую полевую форму на груди.

Выглядел Орлов, скажем прямо, так себе. Что поделать? Только сегодня ночью он вернулся из Кабула в Союз. Уже должен был уйти в отпуск, однако рано утром дёрнули. Пришлось оперативно добираться до Московского.