Онлайн книга «Эффект Годзиллы»
|
— Лучше два, — вкрадчиво произнес над ухом голос мужа. Я подняла голову. Колян стоял рядом со мной, глядя выжидательно и с надеждой. — Что ты сказал? — Я сказал, что в овощной завезли фейхоа нового урожая, давай купим и перекрутим с сахаром и лимоном? Будет отличная витаминная смесь на зиму. — На зиму! — Я фыркнула и окончательно вернулась в реальность. — Перекрутим, конечно. Но съедим хоть два, хоть три баллона этой смеси еще до конца осени. — Потому что она годится на любой случай, — кивнул муж, довольный моим согласием. — Хоть к блинам и сырникам, хоть в пироги, хоть просто на хлеб намазать… Купить фейхоа и перекрутить плоды в мясорубке Коляну не трудно, а вот подготовить их к переработке, тщательно перемыв и отрезав жесткие сухие кончики — дело долгое, и оно традиционно женское, то есть мое. Я ежегодно совершаю этот маленький подвиг, но обычно заставляю себя поуговаривать, а тут вдруг сразу сдалась! А я бы не сдалась, но отвлеклась на посетившую меня интересную мысль. Баллончик на любой случай — что-то в этом роде сказал Колян. И я подумала: а ведь и правда! Убийца спокойно мог отправить жертву в мир иной без всяких взрывов, как говорил один киногерой — «без шума и пыли». Достаточно было подкараулить Сушкина в тихом темном месте, хотя бы у того же бассейна, и не просто брызнуть ему в лицо из баллончика, а так основательно обработать, чтобы он уже не пришел в себя. Либо вообще не очнулся, либо напрочь и навсегда лишился памяти. Пожалуй, это была бы даже более страшная месть. Почему же убийца так не сделал? Может, он экономит содержимое баллончика? Кстати, а где он его взял? Я мысленно сделала зарубку на память: при случае обязательно спросить у профессора Громыцкого, как и где можно разжиться аэрозольной дрянью, которой злодей уже попотчевал Мару и Ирку. Пятница В холле под монстерой, и впрямь большой и раскидистой, тетя Ида стояла не одна, а вдвоем с профессором Громыцким. Тот был в цивильном костюме в элегантную мелкую клеточку — видно, недавно пришел и еще не успел облачиться в форменные белые одежды. В паре тетушка и ее Левушка смотрелись задушевно-лирично, снующие по холлу представители больничного коллектива улыбались им умильно-подобострастно. Бабка-страж Дарданелл со своего места у турникета взирала показательно благосклонно, и я подумала: теперь нам не будет преград на входе. Насчет выхода — как получится. Смотря каким будет повод для визита и формат новой встречи. Одно дело — явиться в психиатрическое отделение своими ногами в цивильном костюмчике, совсем другое — прибыть в сопровождении санитаров и в смирительной рубашечке… Лев Моисеевич и Ираида Львовна мило беседовали. Я успела услышать: «А Мура в своей консерватории процветает и благоденствует…» — и с провинциальной наглостью втиснулась в узкий круг старой доброй ленинградской интеллигенции с разгону: — Профессор, и вы тут! — Доброе утро, Елена! — с нажимом сказала тетя Ида. — Доброе утро, — послушно повторила за ней я. — Лев Моисеевич, можно спросить? — Здравствуйте, Леночка, извольте! — Как вы думаете, где наш злодей взял свой баллончик? Профессор сделал неопределенный жест — плавно повел кистью, нарисовав в воздухе короткую волну: — Одно могу сказать — это не готовый аптечный продукт, обычно его компоненты используются по отдельности, и вот их-то возможно получить по рецепту… |