Книга Магазин волшебных питомцев 3, страница 103 – Сергей Шиленко, Гриша Гремлинов

Ниже, в подлеске, было тихо. Пахло нагретой смолой. Где-то в стороне тявкал Лис — коротко, азартно, с той специфической собачьей интонацией, которая означает «я что-то нашёл, но пока не понял что».

И тут мимо меня, на уровне груди, прошёл шмель.

Здоровенный, размером с апельсин. Он прогудел так низко, что я почувствовал звук грудиной. Рыжая перевязь на чёрном мохнатом тельце, лапы поджаты, полёт прямой и уверенный, как у транспортника на маршруте.

— Ну, здравствуй, кандидат.

— Что? Ты и шмеля ловить собрался⁈

— Да, есть шанс, что он справится. Смотри, какой огромный, крупнее воробья. Обычные кувшинки в природе — ночные. Раскрываются в сумерках, поэтому их и опыляют жуки. Шмель ночью спит. А эти цветут днём. Под солнцем, с восхода. Я решил, что раз жук здоровенный, с хорошими мандибулами, то он — идеальный кандидат. Но у шмелей тоже есть механизм для вскрытия оболочек пыльников. Не уверен, что сработает, но стоит попробовать.

Действовать нужно быстро. Если до вечера не управлюсь, то превращусь в убийцу флоры, а здесь она повсюду. Так что либо за работу, либо валить. Тем более что Система не указала конкретное время, когда по её мнению наступит «вечер», а уже половина четвёртого.

Шмель жужжал над кустом медуницы. Я потянулся к нему с лёгким ментальным посылом, без нажима. Полосатик завис, его «моторчик» сменил тон на более высокий и дёрганый. Потом шмель снизился и сел мне на ладонь.

Я разглядывал его полминуты.

Очень крупный, вес хоть и не тянул руку, но ощущался. Мохнатый настолько, что тело угадывалось лишь по общей форме: сплошная плюшевая шуба, чёрная с двумя ярко-рыжими полосами и белым задом. Осторожно, одним пальцем, провёл по спинке. Никогда не гладил шмелей.

Ожидал мягкости. Получил щётку.

Жёсткие волоски пружинили под пальцем и вставали обратно. Шмель чуть переместился, но не улетел. Только перебирал антеннами. На брюшке и по бокам шерсть оказалась гораздо приятнее на ощупь. Идеальная конструкция для сбора пыльцы: жёсткая часть выдерживает удары о лепестки, мягкая — держит груз.

Шмель повернулся, и я увидел длинный хоботок. Лапки у него выглядели куда деликатнее жучиных, но тоже с коготками. Он часто переступал ими по моей ладони. Тельце вибрировало — шмели греют себя, гоняя грудные мышцы вхолостую, не раскрывая крыльев. Дрожь ощущалась кожей.

— Я… — раздался рядом тихий девичий голос. — Я, наверное, подожду на лавочке. Хорошо?

Стася пятилась шаг за шагом. Котёнка прижимала к себе обеими руками, будто опасаясь, что чудовище подлетит с моей ладони и утащит малютку.

— Угу, — сказал я, понимая, что количество и размер насекомых перевалило за критическую отметку её выносливости.

Девушка отошла шагов на десять и там встала. Дальше не пошла. Любопытство пересилило.

Шмель земляной великанский (Ранг F, Уровень 0). Немагическое насекомое, просто очень крупное. Работает за еду, летает по маршруту, в политику не лезет. Идеальный сотрудник.

— Действительно, — пробормотал я. — Мечта любого работодателя.

Приручить его, конечно, не получится. Не за что цеплять — нет ядра, нет ничего, кроме очень мотивированного желания собрать пыльцу.

Но привязка и не требуется.

Ментальное воздействие накрывает зверят и само по себе. Приручение — это постоянный канал, договор. А мне нужен разовый вызов такси. Просто донести до крохотных ганглий сообщение: «там еда».