Книга Сага о Школе вождей, страница 72 – Дмитрий Емец

Одетая в живописные лохмотья, с ободранным колчаном, обкусанными ногтями, неизменной косичкой со вплетённым грузилом, Тень стояла перед цезаревной Фиолей – хорошенькой, капризной и упрямой – и воинственно размахивала берцовой костью.

— Не надо, а то и с твоими останками однажды будут играть! Любой подброшенный камень однажды падает, – предупредила Гундря.

— Устрашили ежа королевским седалищем! Охотники моего племени вечно пропадают в горах. У нас никто не умирает в своей постели. Я тоже сгину однажды в пасти чудил, как мои отец, дед и братья. Я к этому готова, – небрежно сказала Тень, но череп и берцовую кость всё же вернула на место.

Гундря фон Хамс шла, пригнувшись и точно вынюхивая мостовую.

— Какого, извиняюсь, Тора, это всё здесь лежит? А, ясно, в тесном переулке столкнулись две повозки и была резня. Вон у того скелета кинжал застрял в ребре. Едва ли это сделали чудилы. Снова скелеты… Тут гнали скот… никогда не видела столько коровьих костей в одном месте, и многие сильно повреждены. Да, легенда подтверждается!

— Какая легенда? – спросил Рюрик.

— Что на город напала толпа чудил. Человек, корова, лошадла – чудилам было безразлично, кого лопать. Город был покинут в один момент. Смотри, какая сбруя на той сожранной лошадле! Серебряный оголовок, даже с золотом. Его бы обязательно сняли, если б осталось кому… Но нет, тут рвали всё и всех. Было не до оголовка. И уж, конечно, не до тех мешков.

Гундря кивнула на разбитую телегу. Мешки некогда были с пшеницей. Она проросла, пробилась сквозь ткань, а затем высохла и превратилась в труху.

— Кузя, что это могли быть за чудилы? – спросила Гундря.

— Какие-нибудь хищные и стайные.

Кузя заметил, что серебряный оголовок с черепа лошадлы исчез, а заплечная сумка Тени раздулась. Потом туда же отправились и монеты с мостовой. Кожаный кошелёк чудилы сожрали, но монеты их не заинтересовали.

— Тень, ты могла бы хоть при мне, наследнице империи, не заниматься мародёрством? – поморщилась Фиоля.

— Хтоньская хтонь! Это ещё не мародёрство. Так, клептоманю помаленьку, – отозвалась Тень. – А что ты наследница – это замечательно! Собираешься оставить мне наследство?

— Тебе? Никогда!

— Ну тогда какие вопросы? Вот и приходится добывать самой! – заявила Тень, ещё что-то отправляя в суму.

Рюрик осмотрел стену. Широкая, неприступная, из огромных камней. Такую чудилам не прогрызть. Конечно, существуют ворота, и трубы, по которым поступает вода, и какие-нибудь катакомбы, и сточные трубы, и множество других входов и выходов, по которым сюда могли проникнуть чудилы, но… что это? В стене внизу было множество одинаковых узких отверстий.

Мозг Рюрика совершил немыслимое усилие.

— Эврика! – воскликнул он. – Бойницы подошвенного боя^[7]! Через них чудилы и лезли!

— Гениально, Рюрик! Иди купи себе лавровый венок! – похвалила его Тень.

Рюрик иронии не понял и самодовольно приосанился.

— Эй, держи дистанцию! А то начнёшь ещё меня по плечам хлопать! – велела Тень. – Ручки у тебя голове не подчиняются.

— Знаю, – грустно пробасил Рюрик, с печальным любопытством разглядывая свои ручищи. – Мама говорила, что в детстве, когда я ел, она всё убирала, чтобы я больше ничего не хватал!

Они поднялись на стену и сделали неприятное открытие. Хотя всадники по-прежнему стояли вдоль границы песков, небольшой отряд двигался к городу и был уже совсем рядом, на твёрдых скалах. Отряд состоял из десятка верховых на лошадлах, а возглавлял его тот самый человек, который мало походил на атамана разбойников.