Книга Сага о Школе вождей, страница 68 – Дмитрий Емец

Камень для пращи не должен быть ни слишком большим, ни слишком мелким, а желательно плотным и увесистым. Именно такой камень Рюрик сейчас увидел. Камень торчал из осыпающегося склона у ручья. Сколько он тут лежал, никому не ведомо, и пролежал бы и дольше, если бы ручей не промыл себе новое русло.

Рюрик поднял камень, хотел сунуть в сумку, но вдруг удивлённо воскликнул:

— Да он пустой! Он вообще ничего не весит!

— Дай взглянуть! – Кузя забрал у него камень.

Камень и правда был слишком лёгким для своего размера. Повертев его в руках, Кузя увидел небольшую трещину, через которую выбралось то, что находилось внутри.

— Это скорлупа яйца, – сказал Кузя.

— Чьего?

Кузя не ответил и пошёл дальше вдоль склона. Земля тут была с изрядным количеством твёрдого красного песка. Кузя ковырял песок в тех местах, где из него торчали камни. Кое-какие из них действительно оказались камнями, но трижды ему попалась такая же пустая скорлупа. И одно яйцо было без трещины – холодное и тяжёлое.

Кузя осмотрелся. Рощица, где они стояли лагерем, примерно на два полёта стрелы была окружена красными твёрдыми песками. Такие пески были только здесь.

— Чудила откладывала яйца в песок. Много яиц. Думаю, повсюду, где красный песок, можно найти яйца, – сказал Кузя.

— Что это за чудилы? Древневидлы или нынешники? – спросил Рюрик.

Кузя привычно отодвинулся, чтобы его не ткнули кулаком.

— Не знаю, – ответил он. – И сколько длится инкубация, тоже не знаю. Если нынешники более-менее предсказуемы и несутся регулярно, как куры, то в случае с древневидлами ничего нельзя знать наверняка. Чтобы яйца проклюнулись, часто требуются особые условия. Дико холодная зима, которая заставит скорлупу треснуть, или чудовищно жаркое лето, которое как следует прогреет яйцо. Удар молнии, океан, вышедший из берегов; извержение вулкана с раскалённой магмой, в которой яйцо будет плавать, как в бульоне. В общем, что-то из ряда вон выходящее.

Хрюйс и здесь не изменил своей привычке таскаться за Рюриком. Логика у хрюйсов работает просто: если ты когда-то дал мне луковицу ататы, значит, ты очень умный, иначе бы ты её не нашёл. А заодно и наивный, если раздаёшь такие ценные подарки! Есть смысл следовать за тобой – авось перепадёт ещё что-нибудь. Вот и сейчас хрюйс, увидев в руке у Кузи нечто интересное, подошёл и нежно царапнул ему нагрудник своим копейно-острым рогом. Рогом хрюйс владел блестяще: мог пробить щит, а мог и шкурку с яблока счистить, не потревожив мякоти.

Кузя не стал играть в героя и протянул ему яйцо на открытой ладони. Хрюйс потянулся к яйцу, но внезапно в страхе отскочил, так его и не тронув. Трясущийся огромный рогонос – это всегда сильное зрелище.

— Он боится. Очень боится, – сказал Рюрик.

— Чего? Яйца?

Рюрик развёл руками.

— Мудрила у нас ты. Тебе лучше знать. Я просто скромный и великий вождила.

— Ага. А ещё отец народов и по совместительству красавец мужчина, – подтвердил Кузя.

Скромный вождь спорить не стал. Иронию он понимал плохо.

Пустую скорлупу Кузя сунул в один карман, а яйцо в другой. На ощупь скорлупа была шероховатой. Даже на месте трещины она не крошилась. Видно, то существо, что пробилось изнутри на свет, имело немалую силу и упорство, граничащее с яростью.

Память что-то смутно щекотало. Какая-то фраза из книги, которую он читал в хижине. Но что именно? Кузя никак не мог вспомнить и потому злился. Одно он знал точно: тварь эта смертельно опасна, раз хрюйс, покрытый непрошибаемой бронёй, дрожит, едва увидев её яйцо.