Книга Молот Тельхинов, страница 100 – Дмитрий Емец

— На месте купцов я бы от этой команды держался подальше… Двойной убыток: и груз отберут, и за охрану возьмут, – заметил Тарарах.

Рюрик спросил, кто такие эйнхерии, хримтурсы и вампалы. Питекантроп изумился:

— У вас в Школе вождей чего, только эпическим бегалкам учат? Эйнхерии – это ж по вашей варяжской части. Доблестно павшие воины из дружины Одина. Днём крошат друг друга в капусту, а ночью пируют. Раны, естественно, затягиваются. Вампалы – горные чудовища. Лохматые такие, мощные. Дерево с корнем вырвут, если надо, и будут им размахивать. Камнями швыряют – мама не горюй. Хримтурсы – инеистые великаны. Магия у них со снегом и льдом связана. Могут вырастить сосульку локтей так в пять и проткнуть тебя насквозь. Вампалы, хримтурсы и эйнхерии вечно между собой дерутся… А тут, гляди, даже подружились, чтоб купцов дурачить.

Следующее объявление – аккуратная, явно художником выполненная афиша – гласило:

«Кто побьёт меня на этот раз? Приходите смотреть! Малютка Бокси».

— Кто такой этот Бокси? – заинтересовался Рюрик, любивший подраться.

— Самый храбрый боец в мире, – сказал Тарарах. – Крошечный, тощий… нос расплющен, уши смяты, но ничего не боится! Сын гнома и кешалии^[14]. Кажется, бессмертен. В первый раз я присутствовал на его боях лет триста назад. Помню, как Бокси пропустил удар циклопа и его отскребали от стены. Веса немного не хватило. Но техника у него, надо сказать, блеск!

— Почему это он самый храбрый? – спросил Рюрик ревниво. Для юного варяга признать, что кто-то храбрее тебя, – вещь абсолютно нереальная.

— Ну сам подумай! Если ты сильный и обижаешь слабых – это понятно. Так многие делают. А вот если ты ростом с малютку Бокси, обладаешь его телосложением и при этом лезешь к циклопам, хримтурсам и вампалам, то это уже граничит с отвагой… А он именно так и поступает.

— И его правда вечно бьют?

— И ещё как! – сказал Тарарах.

Рюрик хохотнул.

— Ну, так ему и надо! Я его тоже побью, если встречу! – пообещал он.

Объявление мигнуло, от него дохнуло жаром, и все буквы на миг перемешались. Рюрик едва успел заслонить лицо руками.

— А-а-а! Что это было?

— Бокси тебя услышал! Это же магическое объявление. Вызов, стал быть, принят! Не знаю когда, сейчас или через год, но когда-нибудь тебе предстоит с ним сразиться! – объяснил Тарарах.

У Рюрика отвисла челюсть.

— Я горжусь тобой, мой герой! Уверена, тебе повезёт! – проворковала Тень, лёгким апперкотом^[15] возвращая его челюсть на место.

Рюрик не отозвался. Вместо этого он протянул руку и показал куда-то за спину Тени, на площадь. Палец у него трясся. Тень обернулась.

По выходящим на площадь улочкам к ним двигались гномы. Все с топорами, каждого защищал огромный щит. Из-за щитов только и было видно, что бороду, шлем и похожий на еловую шишку нос. И, конечно, во главе каждой группы гномов была своя белоснежка. Не прошло и минуты, как площадь была окружена. Все входы и выходы отрезаны.

Тарарах закрыл Кузю и Тень своим мощным телом.

— Приготовьсь, ребяты! Рюрик, не буянь! Арысь, не шипи! Тень, лук убери! И вот ещё чего! Белоснежек не задирайте! – торопливо шепнул он.

— Почему? – спросила Тень недовольно.

— Скоро поймёте! – объяснил Тарарах, расплываясь в самой неискренней, но самой любезной улыбке в мире.

Тени стало тошно от такого притворства, и она вскарабкалась хрюйсу на спину. Несколько белоснежек мрачно следили за ней. В основном белоснежки были женщины средних лет, в высоких сапогах и в передниках, щедро обвешанные золотыми и серебряными украшениями. Тень хорошо изучила этот типаж ещё в родном племени. Женщина с таким лицом никогда не будет довольна, не скажет «спасибо» и не улыбнётся. Самое большое поощрение, которое можно от неё получить, если всё сделал правильно, – это фырканье, означающее, что тебя не прикончат. Ну, во всяком случае, до ближайшего промаха.