Книга Заповедная тропа, страница 41 – Ольга Богатикова

В конце концов, осознав, что эти раздумья сбивают мой рабочий настрой, я решила отложить их на потом – например, на ночь, когда буду бдеть у огненного гнезда.

На поляне жар-птицы меня ждал сюрприз. Огневушка сидела на яйцах неестественно прямо, будто боясь пошевелиться, дышала едва-едва, а ее глаза казались очень большими.

У меня внутри что-то оборвалось. Я кинулась к ней со всех ног, готовая к любым ужасам и несчастьям.

— Что случилось? – прошептала я, боясь, что звук моего голоса спровоцирует ее истерику.

Птица посмотрела на меня долгим нечитаемым взглядом, а потом аккуратно приподняла крылья, приглашая заглянуть в гнездо.

По моей спине пронесся табун ледяных мурашек. Я уже понимала, что яиц там нет, однако все-таки заглянула. И обмерла.

Яиц в гнезде действительно не было. Вместо них в искорках желтоватого пуха лежали четверо крошечных птенцов: три девочки и один смешной всклокоченный мальчишка.

— Вылупились!.. – ахнула я.

Взгляд Огневушки стал ликующим. Если бы она могла смеяться, наверное, хохотала бы от счастья во все горло. Убедившись, что я полюбовалась на ее наследников, жар-птица вновь накрыла малышей перьями, а в мою голову хлынул поток ее восторженных отрывочных мыслей.

Молодая мать находилась в не меньшем шоке, чем я. Она ждала появления птенцов не раньше середины грядущей недели, а потому, почувствовав, как зашевелились яйца, чрезвычайно удивилась. Дети избавились от скорлупы почти одновременно; первым ее пробил мальчонка, а сестры присоединились к нему примерно через три-четыре минуты. Они были такими маленькими и беспомощными, так тоненько и жалобно пищали, что птица сначала перепугалась, а потом укутала их в собственные перья и принялась греть. Огневушка боялась пошевелиться, чтобы случайно не побеспокоить птенцов, однако время от времени опускала голову и внимательно их разглядывала, потому как ни разу еще не встречала более прекрасных и совершенных созданий…

Она «говорила» и «говорила», а я ласково гладила ее по золотым перьям и беззвучно ревела – от щемящей радости и осознания того, какой немыслимый груз проблем и переживаний свалился наконец с моих плеч.

Теперь-то уж птенцам ничто не угрожает. Три дня мать будет питать малышей своим огнем, после чего их можно кормить злаками и фруктами и оставлять на несколько часов без присмотра: они станут достаточно крепкими, чтобы греть себя самостоятельно.

Сторожить малышей уже необязательно: хищники к ним не подойдут, а браконьерам они без надобности. Золотыми перьями цыплята обрастут только к весне, а сейчас это просто маленькие птички, которые нуждаются в тепле и заботе.

Ночь, как и планировала, я провела рядом с гнездом: хотела убедиться, что с огненным семейством все будет хорошо. Кроме того, у меня оставалась надежда пообщаться с таинственным грабителем, ведь о том, что птенцы вылупились раньше срока, знали только Огневушка и я. Снимать магический купол я тоже не торопилась: дополнительная защита жар-птицам не помешает, да и вору сообщать раньше времени, что золотых яиц больше нет, тоже не стоило.

Грабитель же, как и всегда, проявил терпение и осторожность; до самого рассвета наш покой нарушал только ветер, шумевший в кронах деревьев. Впрочем, пару раз мне казалось, будто я слышу чьи-то шаги и отрывистое дыхание. Однако я списала это на разыгравшееся воображение; услышать за куполом столь тихие звуки было попросту невозможно.