Онлайн книга «Боги и Эпохи. Беседы с богами по-взрослому»
|
В.: А существуют ли люди, в которых ты «блокирован» или «заторможен»? Если есть, то как они живут? Д.: У большинства людей осознание меня блокировано и заторможено. Так они и живут — цепляясь за свои образы. Хотя, повторюсь, все существа этого мира изначально в Игре. В.: Ты же не повторяешься по определению. А тут повторился… Д.: Ну и что? У тебя складывается обо мне линейное представление. Я могу сколько угодно повторяться, а могу не повторяться вообще. Меня может даже зациклить, если я захочу. У меня пет ограничений. Я не должен соответствовать каким-то представлениям о том, каким мне должно быть. Я — сплошной парадокс. Можно сказать, кстати, что Игра запланирована. А с другой стороны — никаких правил и планов нет. Тоже парадокс. В.: И так было всегда? Или твои проявления в разные эпохи как-то отличаются? Д.: Мои действия всегда разные. Но существует такая штука, как восприятие человека. Восприятие формируется посредством огромного количества факторов. Все люди изначально — в Игре. Но их восприятие в разные времена организовано по-разному. Кто-то когда-то подходил ближе к восприятию меня, кто-то — наоборот. Люди то воспринимали Жизнь как Игру, то не воспринимали. Были эпохи, когда они очень близко подходили к тому, чтобы играть осознанно. Но и в начальные эпохи, и в ваш век люди ориентировались на повторяющиеся действия, на ритуальные действия. Любое отступление от повторяющегося образа действий каралось. Например, изгнанием из той или иной группы людей. Это закрепилось в сознании, и вы стали бояться совершать не ритуальные действия. Потом ритуалы постепенно стали разрушаться. Это переживается болезненно. Возникают изломы и — как их следствие — страдание. Но следующий этап — импровизация, где нет законов. К тому дело идет. А по сути, ничто не повторяется. Поэтому смешно слышать, когда люди заявляют, что они идут к истокам. Движение к истокам сродни попытке залезть обратно в утробу матери. И вы, если говорите о возрождении Русского Духа в людях, вы ведь понимаете, что глупо ради этого переименовывать себя в Велеслава, Яросвета, Велимудра, носить вышитые рубахи и прыгать через костры… Дело-то совсем в другом. Вы движетесь. И вероятность возвращения в исходную точку не нулевая, но очень небольшая. Блудный сын, который в притче возвращается в свой дом, по сути, возвращается совсем в другой дом, потому что он сам уже — другой. Поэтому и вернулся он не в изначальную точку. Время только кажется цикличным, а эпохи — повторяющимися. Непредсказуемости и изменчивости не избежать. В.: А есть ли у тебя любимчики? Д.: Нет. В.: А есть ли профессии, которые делают доступ к осознанию тебя более легким? Д.: Человек любой профессии может подойти к осознанию меня. Нет приоритетных профессий и видов деятельности. В.: То есть здесь важнее всего индивидуальность человека? Д.: Да. Человек может заниматься так называемой творческой деятельностью, быть даже поэтом-импровизатором. Но и он, и какой-нибудь сталевар могут быть одинаково близки или одинаково далеки от настоящей импровизации. От того, чтобы следующий свой шаг делать не из представлений и планов, а из видения Игры, сотканной из комбинации неисчислимых факторов жизни. Шаги могут быть линейными. План тоже может являться частью Игры. А можно не придерживаться никаких планов и быть далеким от Игры… |