Книга Сын природы, страница 109 – Тимофей Иванов

После того как телеги двинулись в путь, я начал бегать каждую неделю уже не в Речнолеску, хотя и её посещал транзитом, а к каравану. Эна толково учила стрельбе из лука, но у меня тут нарисовался достоянный пользователь боевого шеста у которого в подчинённых ходил лучник, превосходивший старушку на голову. Было глупо этим не пользоваться, тем более что ветераны ополчения оказались вполне себе компанейскими мужиками. Водку мы по понятным причинам вместе не бухали, нет здесь той водки да и рано мне хмельное, но общались нормально.

Эфрим, Арэл и Кэрп вместе прослужили не один год, вместе и ушли в отставку. Им было безумно интересно как оно там всё в волшебном лесу устроено и я без особых купюр рассказывал им вечером у костра, чем дышит Смертолесье. Мне же в свою очередь было интересно узнать побольше о мире людей, не опираясь на слова жителей одной захолустной деревеньки на краю заселённого мира. А воинам, прошедшим несколько компаний, было что рассказать. И о организации ополчения, и о его взаимоотношениях с дворянами, и о порядке подчинения, и о особенностях карьерного роста разных сословий, и о своих знакомых на разных местах, и о наёмниках. Почесав репу, я даже пришёл к выводу, что при желании мог бы хоть через неделю стать дворянином, если бы мне это за каким-то бесом понадобилось.

Делов-то, принести ту самую шкуру какому-нибудь из князей, вручить в дар и поклясться в верности. Прецеденты подобного имелись, коврик тянул на материал для брони наследника или наследницы и заодно являлся доказательством доблести добывшего или как минимум его хитрости, титулы князь имеет права раздавать. А дальше или получение земельного надела в княжестве или попросить протащить через королевских чиновников оформление на меня «моих» четырёх деревень в глуши, в чём для удельного князя тоже нет никаких особых сложностей. Дальше можно было бы принять на службу тех же ветеранов, попросить их подтянуть ещё каких-нибудь своих боевых товарищей в дружину и богатеть, таская из леса всякое. Только всё упиралось в то, что мне и без титула неплохо живётся и я не собираюсь менять на него свою свободу. А со свободой пришлось бы распрощаться, присяга ведь подразумевает выполнение приказов того, кому ты её приносишь. В местном же окружении она тянула за собой ещё и очень низкие поклоны всем вышестоящим.

А я всего этого не желал. Даже в городе, Шэлтэ, я планировал тихонько отсиживаться в телеге или комнате постоялого двора, прогулявшись лишь для сопровождения купца к нужным людям. Лук всё таки будет заказываться по моей руке, надо присутствовать, да и при продаже столь дорогих вещей, как останки тигра, лучше озадачится силовым прикрытием, в караване же я был самой мощной боевой единицей. Почесав с купцом и ветеранами репу, мы и вовсе порешили, что меня лучше представлять, как сына погибшего боевого товарища Эфрима, который был торговцу старинным другом, выросшего в глуши. Позвоночник посгибать придётся за компанию со всеми, но деревенщине если что спустят неправильный поклон, когда он в окружении серьёзных дядей, только поморщатся от невоспитанности юнца. А поклоны тут кстати ещё и имели целую гору видов… Послушав про них, я уверился, что лезть в человеческий социум сколько-нибудь глубоко не хочу даже с доплатой. Вот просто ну нах#р, даже если ко мне приползут с княжеским титулом в зубах.