Книга На чужой земле, страница 34 – Тимофей Иванов

А вот наслаждаться жизнью хочу. Хочу радоваться северному рассвету над морем, когда иду под парусом. Дыханием свежего ветра, запахом воды, силой своих рук, что вращают весло. Да даже во время встречи с йотуновой акулой я наслаждался своим бытием, кайфуя от каждого мига, особый вкус чему придавало то, что любой из них может стать точкой невозврата на пути к смерти. И тем слаще в итоге стала победа. Не знаю, возможно среда обитания, общество ассонов и мой собственный образ жизни сделали из меня адреналинового наркомана. А может дело в том, что я знаю, что смерть это не конец, а потому весь этот мир в какой-то мере кажется мне сценой, где хочется отыграть свою роль красиво и ярко. Как там Король и Шут пел:

— Мой мир огромен,

А я так скромен.

Вся жизнь спектакль —

Я в ней актёр

Актёр-лицедей,

Добряк и злодей,

Не ради людей,

А ради искусства!

Всё же не смотря на разговоры с сокомандниками и дежурные дела, морские путешествия дают уникальные возможности подумать о себе, о своём поведении и о жизни вообще. И подобные мысли с выводами заставляли меня мысленно усмехаться до самой Викры. С одной стороны дожил, дальше осталось добавить своему персонажу только горячее сердце и холодную голову, а потом его можно будет определять в настоящие чекисты. Всё, блин, как Железный Феликс завещал. А с другой стороны нет ничего плохого в том, чтобы в жизни окружающих попробовать сыграть значимую и положительную роль, к тому же холодный разум у меня стараниями Гринольва уже есть, это форма защиты вирдманов от телепатии.

Долго ли коротко ли, но любая дорога рано или поздно подходит к концу, добрались и мы до пункта назначения. Викра встретила нас обычным своим столпотворением в гавани, которое северян заставляло весело улыбаться, а гнома повергало пусть и не в шок, но вопрос «Какого б%##^ь налево?» на лице Гмалина явно читался. У гномов-то всё куда как более упорядочено и подобный хаос практически непредставим. Однако как и в прошлые разы до причала мы добрались благополучно и даже ни разу ни с кем не столкнулись. Тут наши пути с командой расходились в разные стороны, они двигались в корчму, что держал один из их соклановцев, мы подумали и вновь решили посетить Бруни. Ну как мы, наставник конечно, у нас тут всё таки единоначалие и последнее слово всегда за старшим.

Встретила нас знакомая уже служанка-наложница, попросившая вновь подождать в гостинной, пока её мастер не закончит работу в лаборатории. Возражать никто не стал, а я наконец поставил на пол баулы с вещами. Долго просидеть в удобных креслах мы правда не успели, вскоре к нам спустился хозяин дома со словами:

— Гринольв, не начал ли ты по старости путать моё скромное жилище с трактиром? В прошлый раз вас было двое, теперь четверо. В следующий притащишь восьмерых или сразу шестнадцать незваных гостей?

— Не ворчи, будто мы тебя из твоей халупы выгоняем, тем более опять не с пустыми руками пришли — хмыкнул мой наставник.

Я же просто вежливо поклонился человеку, который в какой-то мере был моим наставником в алхимии и произнёс:

— Доброго дня. Мы тоже рады видеть вас.

— Ох, ты-то не начинай, парень — махнул тот рукой, сам приземлившись в кресло — Откуда хоть явились и кто эти двое?

— Тормод брат Альвгейра, а Гмалина заставили пуститься в путь несколько неприятные обстоятельства. Ты кстати знаешь что на лабораторном столе делать с Алым Спрутовиком?